Я ему не верю, переводя взгляд на мужчину позади него: на мускулистого короткостриженного шатена с татуировкой на пол-лица. У меня от страха заныло всё тело.
— Всё, я уезжаю, — произносит Джаспер. — Будь с ней ласков, понятно? Главное, пусть она остаётся живой. Это
— Да, всё слышал.
— Супер! — Джаспер смотрит на меня сквозь тёмные очки, которые надевает на нос. — До встречи, сеньоритта Каталина. Был рад знакомству.
И после сказанного он исчезает в дверном проёме, оставляя меня наедине с незнакомым мужиком и липким страхом, ползающим по моей спине.
Я отодвигаюсь назад, прижимаясь к стене. Пытаюсь шевелить руками, но они по-прежнему связаны за моей спиной и, видимо, будут продолжать находиться в таком положении ещё долгое время.
— Встань, — говорит мужчина. Его голос ужасно грубый и хриплый, будто он выкуривает двадцать пачек сигарет в день.
— Зачем?
И тогда без дальнейших слов он подходит ко мне, хватает будто за шкирку и с силой поднимает на ноги. Я задыхаюсь от осознания того, какой он огромный по сравнению со мной. Какие у него гигантские руки, способные сжать мою шею с такой силой, что она попросту хрустнет.
Я хочу поскорее отсюда убежать.
На мне по-прежнему тонкое чёрное платье, едва доходящее до колен, с бретельками. Мне холодно в сыром помещении, больше похожем на старый подвал. Я не хочу признаваться даже самой себе, но...
— Слушай меня внимательно, — говорит мужчина. Его голос звоном проносится по всему помещению. — Веди себя спокойно. У тебя нет ни единого шанса на то, чтобы отсюда выбраться. Попытаешься предпринять нечто подобное, снаружи тебя схватят парни. И я дам им тебя трахнуть. Уговора на то, что ты выберешься отсюда в поместье Харкнессов целкой, Вистан не давал, так что я реально дам им отыметь тебя. Всем по очереди. Ясно?
У меня подкашиваются от ужаса ноги, а руки трясутся так, будто меня одолела лихорадка. Я отхожу назад, не желая глядеть ему в глаза. Я чувствую себя маленькой, крошечной и такой беспомощной, что мне хочется от отчаяния забиться в уголок и тихо плакать.
— Ты не ответила, — шипит он. — Всё ясно?
— Ясно, — киваю я.
И тогда мужчина кивает вслед за мной, удовлетворённый унижением, на которое он меня обрекает.
— Садись на пол и сиди тихо до тех пор, пока я не разрешу тебе говорить.
Я подчиняюсь, садясь на пол, поджав под себя колени. На полу ещё холоднее, поэтому я вздрагиваю, когда касаюсь его кожей.
Уэйн... Снова вспоминаю Уэйна, потом себя и свою наивность. Я решила, что раз он один из друзей Гая, то наверняка всё будет идти по плану. Он ведь не тронет меня... Ведь все боятся Кровавого принца и никто бы не стал обижать его возлюбленную, разве нет?
Оказалось, я пока мало разбираюсь в тех, кому можно доверять, и кому нельзя.
В моих запястьях уже отдаётся боль: верёвка завязана слишком туго, у меня возникает ощущение, будто кровь сейчас перестанет циркулировать по моим рукам. В попытках отвлечься от холода я начинаю задаваться вопросами.
Сколько я здесь уже нахожусь? И почему меня всё ещё не убили, раз именно этого плана и придерживался Вистан всё это время? Может быть, ему крайне важно убить меня лично? Потом я размышляю о встрече с этим Джаспером Мендесом, которым нас пугала Хизер. Я ожидала увидеть в роли одного из лучших наёмных убийц взрослого накаченного гиганта, а не этого мальчика... Сколько ему лет? Двадцать три? Двадцать пять?
Одновременно обрабатывая мысли в своей голове, я рассматриваю место, где беспомощно сижу. Мне всё кажется, что мы находимся где-то в лесу. Окна заколочены, но я вижу едва заметные блики зелёных оттенков снаружи. А ещё моментами слышу пение птиц.
Возвращаю взгляд на мужчину. Выполняет он приказ Джаспера безоговорочно и очень внимательно: не сводит с меня глаз, всё оглядывает меня, будто готовится съесть на ужин. Будто я его собственность. Внезапно по помещению проносится громкая мелодия, заставив моё тело вздрогнуть от неожиданности автоматически. Мужчина наконец отрывает от меня свой взгляд и достаёт телефон, принимая вызов.
— Да, мистер Харкнесс?.. Верно... Нет, никто не трогал её... Хорошо, сейчас же доложу...
Внезапно источник угрозы покидает помещение, закрыв за собой массивную дверь и наконец оставив меня наедине с собой. Я понимаю, что у меня нет против него никаких шансов, что я пожалею, если вдруг выберусь наружу. Но мне хотя бы стоит попытаться осмотреться и выяснить, где я. Меня окружают осколки разбитых бутылок, стёкла, деревянные щепки, куски разломанных кирпичей и прочий мусор. Я на дрожащих коленях ползу к одному из осколков и, повернувшись к нему спиной, пытаюсь нащупать пальцами. Кожа скользит, запястья отдаются болью, но я пытаюсь ухватиться за этот несчастный кусок стекла, чтобы освободить себе руки.
Я очень глупая. Я безоговорочно спятила. Но это, возможно, мой единственный шанс на благополучный исход. Что, если именно сейчас мне выдался шанс сбежать и больше его не будет?
