– Спасибо за помощь тогда. Девочка сама попросила у меня листовки, чтобы раздать покупателям. Похвалите ее.
– Обязательно.
– Но я думаю, что пора прекратить их расклеивать.
Мужчина провел рукой по листовке, а затем слабо улыбнулся, глядя на фотографию сына. Чжимо нерешительно спросила:
– Почему?
– Если бы он был жив, сам бы уже вернулся. Какой сын позволит старому отцу искать его повсюду? Колени болят, пальцы иссохли от клея.
Выплеснув накопившуюся обиду, мужчина замолчал на мгновение, потом глубоко вздохнул и снова посмотрел в стену дождя. Его потрескавшиеся губы с трудом шевелились, словно он пытался сдержать следующие слова:
– А если он мертв, то нет смысла дальше расклеивать.
Дождь неожиданно прекратился. Похоже, дождевые тучи ушли. Наступила тишина, такая, что было слышно, как последние капли воды стекают с цементного потолка в лужи на пол.
– Этот парень хотя и был не от мира сего, но сердце имел очень доброе и чуткое. Как одиноко ему, наверное, было после смерти матери, раз он постоянно смотрел на небо. Поэтому он и любил истории про инопланетян.
– Да?
– Да. Очень добрый был.
– Правда, не похож на современных детей.
– Конечно. Простой, искренний. Может быть, это потому, что он много времени проводил один.
– Не думаю.
Но мужчина решительно покачал головой.
– Отца, который оставлял маленького ребенка одного дома ради заработка, трудно назвать хорошим. Но я все равно тяжело работал, чтобы его накормить.
Он провел рукой по лицу.
– Мой младший брат недавно сказал мне: «Вонсын, считай, что он умер. Иначе ты сам умрешь. Он пошел к своей маме, потому что хотел увидеть ее первым». Я ответил, что не в его характере было так спешить. Тогда брат возразил: «Но ведь он раньше всех начал ходить».
Чжимо слушала молча. Мужчина, казалось, изливал душу как будто впервые за долгое время. Возможно, после сегодняшнего разговора ему станет легче завтра.
Из таких соображений Чжимо сказала:
– Вот уж действительно странные слова.
– Но когда я их обдумал, понял, что, хоть он и был неторопливым по характеру, все делал быстро: и ходил, и ел, и говорил.
Нужны ли сейчас этому мужчине ее заверения, что его сын жив и что, если он подождет, они обязательно встретятся снова? Действительно ли эта надежда все еще нужна ему?
– Но ведь сердце у нас так устроено.
– …
– Ведь когда уходишь, хотя бы отцу должен сказать куда и попрощаться.
Капли воды, падающие с цементного потолка, продолжали стекать в лужу. Пролившийся ливнем дождь превратится в лужи, а затем впитается в землю и, возможно, к утру станет росой на листьях и травинках, а потом снова поднимется к небу. Этот цикл будет повторяться снова и снова, пока они не покинут эту землю.
– Так же поступает и душа ушедшего. Правда ли, что у душ есть пристанище, где они остаются после смерти и откуда, когда приходит время, возвращаются в наш мир? Если это так, я надеюсь, сын обязательно найдет путь к своему отцу, в каком бы виде это ни произошло.
– Было бы хорошо хотя бы прикоснуться к его праху. Это слишком эгоистично?
– Нет.
Чжимо покачала головой, а затем добавила:
– Он вернется. В ваши объятия.
Мужчина улыбнулся.
– Спасибо, что говорите так.
Чжимо вышла из-под навеса автобусной остановки. Она хотела попрощаться с мужчиной, но не нашла в себе смелости. Оставив за спиной печаль, она пошла вперед, несмотря на боль в ладонях.
Чжимо не знала, что тот мальчик, которого она однажды встретила на горе, вырос и стал Пак Вону. Не знала, что Наин использовала силы, чтобы вернуть Пак Вону к его отцу. Но и впредь она этого не узнает. Ведь у Наин были более важные дела, а когда она решит их, Чжимо здесь уже не будет.
Позади Чжимо снова зазвучала песня. Мелодия была похожа на ту, что она слышала ранее, но все же отличалась. Чжимо надеялась всей душой, что сын этого мужчины встретил инопланетян и улетел на другую планету. И что, закончив долгое путешествие, он вернется к своему отцу.
– Расскажи нам правду. До того, как мы вызовем полицию.
Первым, что услышала Наин, придя в себя, был голос Мирэ.
– Давайте подождем, пока Наин не очнется.
Теперь говорил Хёнчжэ.
– Эй, мы даже не знаем, почему она упала в обморок, а ты предлагаешь ждать, пока она очнется?
Снова голос Мирэ.
– Но кажется, что не стоит ее торопить.
– Ты сказал, что ты ее родственник, так? Точно? Насколько я знаю, у Наин нет родственников, кроме тети.
– Даже если вы друзья, необязательно знать все друг о друге. И Наин, возможно, сама не знала какое-то время. Мы дальние родственники.
Голос принадлежал Сынтэку. Но почему он разговаривал с этими двумя?
