– Растения на этой горе наблюдали за произошедшим, – произнесла Наин. – Они рассказали мне, что ты и твои друзья позвали Пак Вону в тот день и что твоя мать перекапывает эту гору по ночам, пытаясь найти тело Пак Вону.
Конечно, Наин не ожидала, что Квон Тохён сразу же ей поверит.
– Так ты с Пак Вону в каком-то клубе инопланетян познакомилась? Ах, смешно до слез. Тогда ты, должно быть, знаешь, что он всегда был странным. Может, и ты такая же, раз не замечала этого.
– Это причина, по которой Пак Вону должен был умереть?
– Да, он поэтому и умер.
Квон Тохён внезапно посерьезнел.
– Все его ненавидели, потому что он вечно говорил всякие странные вещи. Его боялись и ненавидели, потому что он портил атмосферу в классе и в любой момент мог выкинуть что-то странное. Я много раз говорил ему прекратить, но он был настолько не в своем уме, что даже не мог услышать, что я говорю.
– Если инопланетяне существуют, то у Пак Вону не было причины умирать.
– Это не может быть правдой…
– Это правда.
Наин сняла кроссовки и носки, встала босыми ногами на землю. Она почувствовала влажную почву. Затихшие было растения снова зашумели, и, как будто по чьему-то сигналу, подул ветер. Вся энергия из ее тела устремилась в ступни. Кожу немного жгло.
Некоторые события происходят, как будто их ждали. Как будто в мире нет вечных тайн. Как бы она хотела встретить Пак Вону немного раньше.
– В мире действительно существуют инопланетяне, – сказала Наин, пристально глядя на Квон Тохёна. – Потому что я одна из них.
Полосы синего света начали расходиться от ее ног, заполняя все пространство вокруг. Они устремлялись далеко, озаряя самые темные уголки горы. На травинках и деревьях, на тонких ветвях и широких листьях проступили светящиеся сосуды, и закрытые бутоны цветов раскрылись.
Квон Тохён пораженно смотрел на светящуюся землю.
– Когда Пак Вону был маленьким, он встретил инопланетянина в этих горах. Он горевал из-за дерева, которое считал вместилищем души своей мамы и которое умирало. Тогда инопланетянин спас дерево, сделав его бессмертным. А затем инопланетянин сказал Пак Вону: «Ты не должен забывать это дерево. Ты должен приходить сюда каждый день, потому что дереву тут одиноко».
Квон Тохён уставился на ноги Наин, на твердые стопы, излучающие энергию.
– Пак Вону никогда не лгал.
– Что?..
– Ты и твоя семья сделали из Пак Вону посмешище.
Квон Тохён медленно поднял голову и встретился взглядом с Наин. Его глаза покраснели, белки его не просто имели красноватый оттенок, а стали ярко-красными, как будто готовы были вот-вот пролить кровь.
Теперь у Квон Тохёна появилась тайна, которую он не мог бы никому рассказать, а даже если бы рассказал, никто бы ему не поверил. Но на этом все не закончилось. Самый дорогой друг, который когда-то был его спасением, был одинок, страдал и в конце концов умер. Этот грех, как синие вены растений, отпечатается в каждом уголке его тела. Может быть, он не выдержит, и его тело сломается. Но справится он с этим или нет – его личное дело. Это не забота Наин. Она протянула руку и указала в сторону. На участок земли, на котором ничего не росло.
– Там, верно?
– …
Взгляд Квон Тохёна упал на полосу голой земли, достаточно узкую, чтобы принять в себя одного человека. Пустынный клочок земли.
– Там место, где был похоронен Пак Вону. Только там растения не растут.
Из красных глаз потекли прозрачные слезы. В полузабытьи Квон Тохён смотрел на место, где два года назад он похоронил Пак Вону. Медленно он отступал от точки невозврата – в мир, полный вины, страданий, огромного горя, в жестокую реальность. К счастью, он не стал демоном. К несчастью, он все еще был человеком. Медленно разваливаясь на части внутри себя, Квон Тохён упал на землю и закричал.
Со временем он будет осознавать это все больше и больше. То, что он убил своего лучшего друга. И то, что, сколько бы он ни извинялся, друг никогда этого не услышит. Что он будет жить в мире, где невозможно получить прощение.
Квон Тохён плакал и кричал во весь голос. Этой ночью он вернулся в свой личный ад.
– Что это?
– Почва с удобрениями. Взял немного у мамы на балконе. Думаю, так они будут расти лучше.
Наин собиралась сказать, что этим растениям не нужна почва с удобрениями, чтобы не увянуть, но, представив, как Хёнчжэ нес пакет от самого дома, промолчала и улыбнулась.
– А где Мирэ?
– Если она пропустит дополнительные занятия, потом будет трудно наверстать, – сказал Хёнчжэ. Он это понимал как никто другой.
Наин кивнула. Полицейская лента ограждала место захоронения Пак Вону по периметру, но Наин без колебаний перешагнула через нее. Она села перед маленьким ростком, который пробился через рыхлую землю, и заверила Хёнчжэ, который нервничал позади нее, что все будет в порядке.
С ее разговора с Квон Тохёном прошла неделя. Парень сам пришел в полицейский участок и рассказал всю правду. Но его слова звучали так сбивчиво и путано, что их трудно было назвать признанием. Как потом Мирэ узнала от мамы, Квон Тохён повторял одно и то же снова и снова:
