И я пошел обратно… с телефоном… и даже наобещал ему с три короба… зачем? Да потому что, если на меня давить долго и целеустремленно, я соглашаюсь! Как утверждала одна моя знакомая дама, зануде легче отдаться, чем объяснить, почему ты этого не хочешь! Вот и я согласился на все: и отдаться в виде нового сборника сказок, и историческое показать – не мой профиль, а вдруг? Действительно – вдруг… напишу историческую сагу и покончу наконец с осточертевшим и сидящим уже в печенках Максом. И стану… нет, серьезным писателем я уже никогда не стану. Это после сказок-то? Курам на смех… ага! Вот здесь мы и распрощались окончательно! И я сунул трубку в карман… определенно сунул! Или же я в карман не попал? Что на мне вчера было? Белые штаны, как на Остапе Бендере? Но я в них уже смотрел… причем не меньше трех раз.
Я закрутился на месте, где предположительно закончил разговор, словно собака, ловящая собственный хвост. Обежал обширную лужайку сначала по периметру, а затем стал двигаться по спирали, осматриваясь и вороша траву носком тапки. Последнего можно было и не делать, поскольку травка была подстрижена очень низко, но…
– Лев Вадимович, здравствуйте! Вы что… что-то потеряли?
– Ирочка! – От неожиданности и счастья, что я теперь не один и есть кому пожаловаться, я назвал Ирину Павловну ласково-уменьшительным – но ей, похоже, это понравилось. – Вот… трубу вчера посеял! Теперь ищу! Вы не могли бы мне на нее звякнуть?
– Конечно! – тут же согласилась она. – А я вас как раз и набирала… только что. Вы не забыли, что у нас сегодня тренировка? У нас с вами… потому что…
Только тут я, олух царя небесного, заметил, что Ирочка не сияет при моем появлении, как я при ее: сдался я ей с моим телефоном! И в пару нас снова поставили вместе лишь потому, что ее Даниил опять где-то пропадает… или он совсем бросил ее и уехал? Глазки у Ирочки припухшие и покрасневшие: должно быть, она плакала. М-да… потерять жениха – это вам не смартфон какой-нибудь… пусть даже со всеми дорогими воспоминаниями!
Ирочка нажимала и нажимала кнопку вызова, но… газон безмолвствовал, как, собственно, газону и положено. Мы еще раз спустились к озеру и прошли всем моим вчерашним маршрутом. Я искательно и заискивающе забегáл то справа, то слева, лебезил, лепетал – словом, мне было неловко. Потому что славная девушка Ирочка бродит тут со мной в поисках неизвестно чего, вместо того чтобы попытаться найти своего Даниила и вернуть его; или же просто наплевать на Даниила и сыскать себе для отпуска кого-нибудь более подходящего. Для отпуска, а также для личной жизни. Подходящую кандидатуру из своего класса и круга, а не бестолкового бумагомараку, у которого вечно все пропадает!
– Я вас не задерживаю? – внезапно спросила Ирочка, и я вдруг обнаружил себя в полном столбняке у двери своего нынешнего шефа… который уехал, потому что я не явился вовремя! – Может, вам нужно переодеться? Тренировка вот-вот начнется…
Моя добровольная помощница по поискам была вполне снаряжена для гольфа – я же имел вид более чем странный: колени, ладони и ступни в земле и мелком травяном мусоре, да и остальное наверняка не в лучшем виде! Потому что в припадочных попытках вспомнить, где именно я мог оставить телефон, я то ерошил волосы, то хлопал себя по бокам, то совал руки в карманы…
– Наверное, – согласился я. – Встречаемся у наших машинок, да?
– Ладно! – согласилась она, собираясь уже покинуть меня, но… неожиданно в конце коридора возникла мужская фигура… Даниил? Это точно был он, потому что Ирина Павловна быстро развернулась и взмолилась:
– Можно мне к вам? Я… я просто не могу сейчас с ним разговаривать!
– Конечно! – Я распахнул дверь, и девушка юркнула внутрь. – Посидите здесь, если хотите… или здесь, хорошо? А я быстренько приму душ и переоденусь… Вот, у меня есть напитки… и шоколадка!
Она подняла свои припухшие, в красных веках глазки и благодарно кивнула. Потому что к какому бы классу или обществу ни принадлежала девица, шоколадка ее утешает всегда.
– Спасибо за игру! – церемонно поблагодарила меня Ирина Павловна, которая сегодня вдруг показала необычайный класс и обставила меня по всем позициям. Казалось, наш тренер был удивлен не меньше и тоже недоумевал: или у его ученицы вдруг прорезался талант, или же девушка попросту надувала его все прошлые тренировки, гениально прикидываясь криворукой и слепошарой? Но, скорее, тренер склонялся к тому, чтобы приписать нежданный прорыв своему чуткому руководству, – слишком уж покровительственно он на нас поглядывал! Я же играл еще хуже обычного… видимо, растерял все силы без остатка в безнадежных поисках средства связи.
– И спасибо, что прикрыли меня… – совсем тихо говорит она.
