Королева заледенела, но с той же вежливой улыбкой ответила, что наследнику часто неможется, поскольку он очень впечатлителен и сильно переживает о состоянии своей жены.
— Он так нежен, что переживания могут уложить его в постель? — неаккуратно жуя, продолжил расспросы посол.
Королева приподняла подбородок и бросила лишь один взгляд на безопасника, что всегда находился в помещении, где происходила встреча любой особы королевской крови с людьми, не входящими в её ближний круг. Агент сразу же удалился, чтобы отдать распоряжения по усилению охраны старшего принца и его жены. И только после этого властный голос королевы пресёк все разговоры:
— Он очень любит свою жену и будущего сына. Так же сильно, как и свою страну. И как о судьбе своей страны, печется о благополучии своей семьи, ибо и то, и другое для него одинаково свято!
Тон этих слов был так холоден, что даже самые неразумные поняли бы, что разговоры на эту тему не приветствуются. Посол неразумным не был: он понял, что ступил на запретную территорию и замолчал. До конца обеда не было сказано больше ни слова.
Но вот после обеда…
— Сын мой, они интересовались наследником, принцем Львом.
Дамиан вопросительно приподнял бровь.
— Не беспокойтесь, охрана усилена.
— Надеюсь, безмагическая тоже?
— Конечно, сын мой. Я помню об инциденте в Академии, и распорядилась дополнить охрану наследника и его… семьи всем, чем нужно.
Дамиан поклонился признательно. Королева помолчала мгновенье и продолжила:
— Так же после обеда состоялся разговор с послами. Они настаивают, чтобы о вашей свадьбе было объявлено завтра, перед открытием бала в честь принцессы Тойво.
Дамиан не выдержал и от удивления расширил глаза.
— Однако, — невозмутимо продолжила королева, — я настояла на объявлении помолвки, а не свадьбы. Пришлось пойти на уступки относительно сроков. Они требовали объявить при открытии бала, но… — королева сделала паузу, более похожую на вздох, — в конце бала.
Принц оцепенел на мгновенье, а потом вновь склонил в признательно поклоне голову.
— Ваша задача, сын мой, создать препятствия для объявления помолвки, и если этого сделать не удастся, то время до свадьбы следует потратить на экстренные поиски вашей единственной.
— Дамиан, ты должен предупредить девочку. Не уверен, что эти мохнатые мужики, — Суземского веселил внешний вид послов — крупных мужчин, заросших волосами и бородой, но при этом облаченных в наряды по последней бенестарийской моде, — ей что-нибудь скажут.
— И как я должен это сделать? Постучать к ней в покои? Или записку передать в ломте хлеба? — Дамиан был тих и опасен, как черная грозовая туча.
— Нет, обратись к главе посольства с просьбой примерить помолвочное кольцо. И пусть фрейлина в сопровождении отряда гардов принесёт шкатулку и «не сможет» доверить драгоценность из королевской сокровищницы никому и, примеряя колечко, случайно обмолвится, что нужно успеть подготовить украшение к окончанию завтрашнего бала.
— Но что нам это даст? — не скрывая досады, проговорил Дамиан.
— Не знаю, может и ничего. Если бы знать чуть больше об этой девушке…
— Пронто, Милэда! — Дамиан, добравшись до своего кабинета и всё ещё прокручивая в голове записанную на кристалл памяти примерку кольца, распорядившись соединить его с княжной Маструрен, облегченно выдохнул. — Вы свободны сегодня вечером? Очень хочу вашего чая и тишины.
По голосу было слышно, что Милэда улыбается.
— Конечно, мой реджи. Всегда рада вас видеть.
— И камин велите растопить.
— Дрова вишнёвые, как вы любите? Или яблоневыми?
— Вишнёвые, — попросил Дамиан, расслабляясь от только воспоминаний об этом доме и предвкушения покоя.
— Как прикажете, мой реджи, — она опять улыбалась.
— До встречи, — он тоже не смог удержаться от улыбки. И хоть была она еле уловима, дальнейшие действия принца сказали куда больше о его состоянии. Он, посидев секунду, словно мальчишка вскочил из-за стола, уже на ходу весело отдал распоряжения Опрельскому:
— Марк, всё, что будет поступать — ко мне на стол. Только самое срочное занесите в мои покои. Я на сегодня всё.
Секретарь поклонился, принимая распоряжения:
— Как вам будет угодно, мой реджи.
По пути в конюшню и затем — к княжне, его мысли были заняты размышлениями о том, как было бы здорово, чтобы элетрофон или какое-либо подобное устройство можно было носить с собой. Что-то по типу амулетов связи, только более мощное, двухстороннее, чтобы и картинка, и звук, и что бы без проводов, и не больше самого амулета.
Эх, почему он не родился обыкновенным магом? Пошел бы в технику, изобретал бы сейчас какие-нибудь замечательные вещи вроде такого вот легкого элетрофона. Надо идею подать в Академию, ведь самые интересные изобретения всегда получаются на стыке двух наук, как здесь, — магии и техники.
Дамиан бросил поводья слуге, прошел по коридорам маленького особнячка и распахнул дверь в гостиную, захваченный новой идеей. Он иногда делился с княжной подобными находками, и она всегда с интересом выслушивала и задавала дельные вопросы.
