Он медленно поднял голову и посмотрел на меня: в его глазах было желание. Взгляд прошелся по моему телу, которое выдало возбуждение. Я шумно сглотнула; кровь словно кипела, бросая меня в жар; кожа порозовела. В его глазах вспыхнула страсть, и он рывком раздвинул мне ноги. Встав между ними, он прижался ко мне. Пригвожденная к месту, я была неспособна ни двигаться, ни дышать, чувствуя каждый сантиметр его тяжелого мощного тела. Дыхание сбилось, когда он наклонился и с плохо скрываемым вожделением посмотрел на мои губы.
Во рту пересохло; единственное, что сейчас могло меня спасти, это Кайлер. Я облизнула губы, и он проследил за движением властным взглядом. Сердце едва держалось в груди и каждую секунду грозилось выпрыгнуть.
Наклонив голову, он придвинулся еще ближе. Ритм сердца зашкаливал. В последнюю секунду он изменил курс и прошептал мне на ухо:
– Ты возбудилась, когда следила за мной и Эддисон.
Это не вопрос. Утверждение. Факт. Который я ни в коем случае не признаю.
– Ты и сейчас возбуждена, – жарко продолжил он.
Легкий стон слетел с моих губ, а дыхание превратило меня в безвольную субстанцию.
«И ты тоже», – думаю я, но не решаюсь сказать. Я сейчас вообще не способна произносить слова.
Он провел рукой по моей щеке, оставив пылающий след. Я извивалась: в жизни не была так возбуждена, как сейчас, а ведь он едва касался меня. Он превратил соблазнение в искусство.
Кайлер снова наклонился к моему рту, и я перестала дышать. Его глаза источали желание, кончик пальца коснулся губ, и они как по волшебству раскрылись. Между нами оставалась всего пара миллиметров, его лицо почти приблизилось к моему. Он заглянул мне в глаза, и этот исполненный желания взгляд полностью повторял мой собственный. Я напряглась в ожидании.
Но тут его губы искривились в усмешке.
Момент был упущен. Пламя погасло.
Он отступил, увеличивая расстояние между нами.
Разочарование во мне боролось со злостью и унижением.
– Ты и я, – произнес он, показывая на нас. – Я вижу, как ты этого хочешь, почти умоляешь об этом… Но скорее ад замерзнет, чем я прикоснусь к тебе.
Меня охватило желание провалиться сквозь землю. Унижение обожгло кожу, но я не собиралась позволять Кайлеру думать, что он меня задел.
– Вообще-то, я тоже стараюсь не связываться с извращенцами с дерьмом в голове. – Я с ядовитой улыбкой оглядела его я и спустилась со стойки. – До такого уж точно не опущусь.
– Мы оба знаем, что это вранье, но продолжай в том же духе, детка. Если от этого тебе легче.
– Да пошел ты в задницу!
– А тебе бы этого хотелось, да? – Он бросил еще один уничижительный взгляд через плечо и вразвалочку вышел из кухни.
Глаза наполнились слезами, но я поспешно сморгнула их. Этот придурок меня не доведет. Раньше я думала, что в нем есть и другая, хорошая сторона, но ошибалась. Он именно тот, кем кажется.
Боль неожиданно превратилась в кипящий гнев. Да что он о себе возомнил?!
Исполненная негодования и осознания собственной правоты, я помчалась за ним, чтобы высказать все, что думаю.
Выбежав в холл, я врезалась в кого-то и отпрянула, упав второй раз за вечер. Боже, пусть этот день уже закончится! Джеймс выругался и, нетвердо присев на корточки, попытался мне помочь.
– Извини, Фэй, не заметил. Все в порядке?
Я инстинктивно отшатнулась – да от него разит виски!
– Что тут… – Кайлер вернулся в холл и запнулся, увидев отца и меня.
Джеймс попытался подняться. Скривившись, Кайлер протянул мне руку, которую я проигнорировала.
– Спать! Оба. Уже поздно, – невнятно заговорил Джеймс, и лицо Кайлера исказилось от неприятной ухмылки.
– Придурок. – Его ядовитый тон резанул по ушам.
– Я твой отец, – сквозь зубы прошипел Джеймс, – и ты будешь меня УВАЖАТЬ! – Последние слова он проорал, заставив меня вздрогнуть.
Я решила уйти с дороги – мало ли что произойдет. Попытавшись выпрямиться, Джеймс снова качнулся. Он был пьян в стельку. Я разглядывала его в изумлении: черная обтягивающая рубашка с закатанными рукавами, модные узкие джинсы и черные кроссовки. Все с символом К, конечно, это уже не удивительно. Он одевается точь-в-точь как сыновья, но, честно говоря, выглядит глупо. Баран, нарядившийся ягненком. У него наверняка кризис среднего возраста.
– Начну уважать, когда заслужишь, – сквозь стиснутые зубы ответил Кайлер.
Джеймс ткнул пальцем ему в грудь.
– Я все принес в жертву ради тебя. Ради этой семьи. И это ваша благодарность?!
– И что ты сделал ради меня, а? – Лицо Кайлера покраснело от злости.
– Я забил на свою жизнь, а вам плевать!
– Ты жалок. Слабое подобие отца и мужа. Может, маме пора узнать, за какого кобеля она вышла замуж?
Я переводила взгляд с одного на другого, наблюдая, как накаляется обстановка.
– Где ты был сегодня?
– Не твое дело, Кайлер. Ну давай, вперед, – усмехнулся, когда сын замахнулся для удара. Парень стиснул зубы, а Джеймс рассмеялся. – Слабо? Я так и думал. Похоже, яблочко от яблони недалеко падает, а?
– Я не такой как ты! НЕ ТАКОЙ! – Кайлер толкнул отца, и я вскрикнула, привлекая их внимание. Видимо, они забыли, что здесь есть кто-то еще.
