Проклиная все на свете, я развернулась и пошла обратно. Не хватало еще тут потеряться. Глядя на слабо освещенную тропу, я даже не замечала, куда иду. Споткнувшись о поваленное бревно, я застонала от резкой боли в ноге. Пришлось сесть. Осмотрев рану, я разразилась потоком ругательств. На подъеме стопы была царапина, неглубокая, но уже покрытая слоем грязи и мусора.
– Супер, – пробормотала я, увидев ссадину еще и на колене.
Я не только выставила себя полной дурой перед своим тупым кузеном, но еще и разбила колено, порвав любимые джинсы.
Так держать, Фэй!
Я хромала по дорожке, когда из-за деревьев прямо ко мне шагнула огромная темная фигура. Я застыла от ужаса. Сердце билось о ребра как сумасшедшее. И тогда я закричала.
Джереми закрыл мне рот.
– Расслабься, Ирландия. Ты разбудишь половину округ, если не заработаешь себе сердечный приступ, – усмехнулся он.
Я оттолкнула его руку.
– Господи, да я чуть не умерла от страха! Мама не говорила тебе, что выпрыгивать из кустов перед девчонками посреди ночи – нехорошо?
– Мама говорила мне быть джентльменом. Я увидел, как ты бродишь тут в одиночестве и решил предложить помощь. – Он протянул мне огромную руку.
Я все пыталась унять сердцебиение.
– Спасибо, но я в порядке.
– Ты такая милая, – усмехнулся он. – Но вот прямо сейчас выглядишь так себе, – добавил он шепотом мне на ухо, а затем немного отошел, чтобы оглядеть меня с головы до ног.
По коже пробежали мурашки. В самом плохом смысле этого слова.
– Вот и все, мой сексуальный котеночек. Нам стоит как-нибудь потусить вместе…
Я настороженно уставилась на него, а он снова рассмеялся.
– Ну, свидание. – Он принял выражение моего лица за смятение. – У вас в Иландии ведь ходят на свидания, да? – Джереми произносил название моей страны в нос, что действовало мне на нервы.
– Я знаю, что такое «потусить», и спасибо, но нет. – Я попыталась обойти его, но он преградил мне путь.
Улыбка стала угрожающей.
– Совсем не обязательно принимать поспешные решения, утро вечера мудренее, – заметил он и снова отошел, а я выдохнула.
Джереми снова взял мою руку без разрешения и приложил к губам.
– Я позвоню. Сладких снов, горячая детка, – подмигнул он и удалился обратно на вечеринку. Мерзкий идиот.
Я поковыляла к дому, проклиная собственную глупость.
Добравшись до своей комнаты, я сразу написала сообщение Китону на случай, если он меня потерял. Затем забралась в ванную и отмокала там, пока вода не остыла, а кожа не сморщилась, как у восьмидесятилетней старушки.
Переодевшись в шелковые пижамные шорты и топ от Кортни, я включила лампу, залезла в постель и снова осмотрела ногу. Рана была чистая, но саднила при каждом движении.
Сквозь открытое окно проникали тихие голоса, заставляя меня подскочить. Встав с кровати и присев на корточки, я осторожно выглянула из-за шторы.
У бассейна спорили Кайлер и Кэлвин. Я напрягла слух, чтобы уловить смысл.
– О чем, черт возьми, ты думаешь, а? – прошипел Кэлвин, хватая Кайлера за локоть.
– Отвали. Тебя это не касается, – прорычал тот в ответ тот, отбрасывая руку брата.
– Ты на всю башку двинутый!
– Кто бы говорил. Бросаешься на все, что движется, – почти перешел на крик Кайлер.
– Сейчас речь не обо мне. Она потопчется на твоем сердце и во второй раз, а ты снова станешь демоном, с которым нам придется жить!
Не уверена
– Я знаю, что делаю, и это не то, что ты думаешь, – возразил Кайлер.
– Я понимаю, что это месть. Но в прошлый раз она тебя просто растоптала. Не дай ей провернуть это снова.
– Сейчас все по-другому, она больше ничего для меня не значит. Даже меньше, чем ничего. – Кайлер скрестил руки на груди.
Ха, так я и поверила. Уверена, они говорят об Эддисон – той самой, которую он ублажал в лесу около часа назад.
Кэлвин тяжело вздохнул.
– Я надеюсь, ты понимаешь, на что подписываешься. Она тоже умеет играть в эту игру. И если что-то пойдет не так, то это заденет не только тебя.
– Она не рискнет приставать к кому-то из моих братьев.
– А я и не о нас, – раздраженно перебил его Кэлвин. – Я видел, как он всю ночь пялился на Фэй. Он не действует в открытую, но я хорошо знаю этот взгляд. Она его зацепила. И твое поведение его только спровоцирует.
Волосы на затылке встали дыбом. О ком это они? Неужели о Джереми?
Кайлер задумчиво потер подбородок:
– Ты уверен?
Кэлвин кивнул.
Кайлер выругался:
– Этого я не допущу. Спасибо за наводку.
Кэлвин внимательно взглянул на него.
– Она тебе нравится, да?
Вдох замер в горле; я ждала ответ.
Кайлер пожал плечами:
– Не так, как ты предполагаешь. Она теперь часть семьи, по крайней мере, мы должны это изображать. Для окружающих она одна из нас.
Вот так заявление. Обойдусь без твоих одолжений, приятель.
Кэлвин облокотился на спинку шезлонга.
– Да-да, конечно.
– Что это значит? – прошипел Кайлер.
– Я же не слепой. Ты ее хочешь. Признай свою слабость, – с мерзкой ухмылкой произнес Кэлвин.
Кайлер провел рукой по волосам, и мое дыхание участилось.
– Ты идиот. Она же наша кузина.
Это не ответ.
– И что это меняет? – скептически поинтересовался Кэлвин.
– Да то, что мы семья, тупица. Вот и все.
