– Это не значит, конечно, что проблем у нас уже нет. Они есть. И еще какие. Вот условный пример. Один цех имел плановый фонд оплаты труда 300 тыс. руб., а заработал на 100 тыс. больше. Другой, наоборот, квартальный план не выполнил и вместо 700 тыс. руб. заработал всего половину. Однако зарплату люди получили и в том, и в другом цехе. Есть ли директор, который оставит без зарплаты отстающих? Особенно в условиях Москвы.
Э. Азроянц, начальник главного планово-экономического управления Мингео СССР:
– Но ведь на то и хозрасчет полный, чтобы покончить с выводиловкой. У нас был случай, когда целая экспедиция таким образом прогорела. Не заработала зарплату. Как поступили? Начислили каждому всего лишь по 70 руб. – меньше тарифа. Ио выплатили все же по тарифу. Недостающие средства экспедиция взяла в срочный заем в централизованном фонде. И через полгода, кстати, деньги эти вернула. Это и есть хозрасчет на деле. Зато коллектив получил предметный урок и понял, что выводиловке пришел конец.
П. Бунич, член-корреспондент АП СССР:
– Я смотрю на эту проблему тире. Да, при включении чистой продукции и некоторых других подстройках первая и вторая модели хозрасчета почти совпадают. Они становятся близкими. Но какие бы положительные итоги они ни дали, это будут умеренные, а не взрывные результаты А нам нужен коренной перелом, крутом поворот, взрывной эффект.
С. Кузичева, заместитель начальника сводного отдела финансов и денежного обращения Минфина СССР:
– Пока же крутой перелом наступил лишь в росте выплат рабочим. В минском обувном объединении «Луч», применившем, кстати, вторую модель хозрасчета, за первое полугодие 1988 г. объем реализации продукции увеличился на 4 %, доходы же выросли за это время на 9 %. А заработная плата – на 19 %. Вдумайтесь в эти цифры: рост заработной платы оказался в 2 раза выше роста доходов и почти в 5 раз больше роста объема реализации. Разве это нормально? Возьмем в целом Минлегпром СССР. За 9 месяцев 1988 г. рост выпуска кожаной обуви в денежном выражении увеличился на 13 %, а в натуре – всего на 2 %. Объем производства хлопчатобумажных тканей в рублях возрос на 8 %, а в натуре – на 2 %.
Мое примечание здесь – на самом деле это было нормально. Не без издержек – но нормально. Потребительский сектор СССР – представлял собой выжженную пустыню с дефицитом всего, и как только кто-то начинал работать «по-настоящему», с оглядкой на потребителя – он неизбежно начинал получать сверхприбыль, потому что конкуренции не было никакой.
У человека родившегося и выросшего в СССР возникал резонный вопрос – например, рабочий который шьет отличную и востребованную обувь получает 1000 руб. зарплаты, а например, рабочий делающий танки за такую же и даже более тяжелую работу получает 300 руб., а учитель – всего 150 руб.
