- Меня - не интересует. Но один из моих сыновей честолюбив и амбициозен. Почему бы не помочь, если просят? - жаба прищурила один глаз, - Мы даже готовы заплатить за Ваши посреднические услуги. Вас устроит 10% от суммы контракта моего сына?
- Конечно, - отмахнулся я, мучительно прикидывая, сможем ли мы прожить на 10% от заработанных головастиком денег. - Я готов хоть сейчас подписать договор, но! На условиях полной монополии...
- По рукам! Тем более, что с наглыми представителями других силовых ведомств, я не хочу иметь никаких дел, так им и передайте!
Я пожал протянутую мне лапку. Василиса нравилась мне всё больше и больше.
- Вот и замечательно! - повернулся к нам раскрасневшийся и довольный хозяин дома. - Оладьи готовы, отобедаете с нами?
Внутренне ликуя, я шёл на встречу с друзьями. В руке у меня была трёхлитровая банка молока, в котором сидел уже выросший из возраста головастика лягушонок - очень важная персона. Весь его скарб, свадебная фотография Ивана и Василисы, и пакетик сухого корма, поместился в одном из карманов моей разгрузки. Тут моё внимание привлекли два неулыбчивых молодых человека, резво идущих мне наперерез. Я остановился. Сзади меня нагоняли ещё двое, и один заходил сбоку. Я автоматически потянул из чехла один из своих ножей, хотя уже понимал, что это сейчас не поможет. Меня обдало изморозью, волосы встали дыбом даже на спине. Пистолет в мире из темноты не поможет - лихорадочно прикидывал я свои шансы. Здесь ключевое значение имеют желания людей, а желание попасть, в любом случае, уступит желанию сохранить жизнь. Так что застрелить тут можно было только в упор и спящего. А вот отклонить руку с ножом или кастетом чужая воля не могла. Итак, пять против одного. Не мой день. Пока я прикидывал расклад, меня грамотно оттеснили от стены ближайшего дома, теперь и спиной прижаться не к чему. Я был один в кольце врагов. То, что дело происходило днём, в мире мечты - особой роли не играло, я не обольщался. Выхода не было. И тогда я успокоился. Я по-прежнему был уязвим и обречён, но меня это больше не трогало.
- Джентльмены, Вам нужно это? - я вытянул руку с банкой как можно дальше от тела. Лягушонок спокойно плавал в молоке, явно ни о чём не подозревая. Но стоило мне отпустить горлышко банки и она разобьётся на сотню острых осколков, что разлетятся кругом. И останется ли при этом в живых ценный обитатель стеклянных апартаментов - предсказать было невозможно. Все остановились.
- Да, - подошёдший сбоку улыбнулся. Кажется, из всей пятерки он единственные вообще был на это способен. Явно - главный:
- Вижу, Вам удалось то, в чём мы потерпели неудачу. Не стоит делать резких движений. Вы ведь не работаете на ФСБ (утвердительно), а мы только хотим поговорить. Озвучить и обсудить наше предложение. Подумайте. Мы будем ждать Вашего звонка.
Улыбчивый опустил визитную карточку у своих ног, развернулся и ушёл не оглядываясь. Две пары бойцов также смешались с редкими прохожими и растворились. Я подошёл и взял жёсткий картонный прямоугольник. Номер телефона. И больше ничего.
Я выдохнул. По-прежнему светило приветливое солнце. Я стоял один, посреди улицы, с лягушонком в банке молока, в одной руке и судорожно сжатым в потной ладони, отведённым для удара ножом - в другой. Люди торопливо оплывали меня, недоуменно разглядывая, спеша по своим делам. Меня отпустило, но внутри остался жёсткий комок льда. И растопить его можно (и нужно) было только хорошей порцией алкоголя. Я поспешил к друзьям.
Как и договаривались, Викинг с Кошкой ждали меня в пельменной "У Авета". Несмотря на плановую экономику (а может быть - именно благодаря ней), мелкий частный бизнес в Москве-80 процветал. Не захотели или не смогли люди отказаться ни от буржуйской роскоши, ни от свободы частного предпринимательства. И ничего страшного не произошло. Где надо, шли партсобрания, кого-то пропесочивали под ностальгическую слезу, а потом дружно шли в шалман или варьете, отдохнуть душой и обсудить планы на следующую пятилетку.
Пельменная, которую держал Авет, пельменной только называлась. Нет, пельмени, с маслом или сметаной, здесь конечно были. Но было и много чего ещё. Украинский борщ здесь соседствовал с сациви, а долма со щами. Чанахи и строганина, блины и хачапури, вареники и расстегаи - здесь были представлены кухни всех народов бывшего Союза. Одних шашлыков в меню значилось не меньше семи, а Авет утверждал, что знает их больше тридцати. По вечерам была живая музыка, но любой желающий мог спеть и сейчас.
Когда я подошёл, на столе стояла только тарелка с двумя шампурами истекавшего соком шашлыка, соусница сацебели и салат из томатов с огурцами (для меня). Викинг пил какой-то сок, по пижонски, через трубочку, Кошка - неизменный зелёный чай.
Я плюхнулся на стул и осел, как подтаявший снеговик. - Друзья, мне нужна водка...
- Нам нужна водка? - переспросил Лёха и сделал знак официанту.
