Серая тень взметнулась над ней — и вот уже рядом с Делем приземлился еще один ликан. Он вцепился в плечо ему и потащил в сторону. Дель вырвался и атаковал сам. Постепенно двое ликанов отходили все дальше от людей. Мила подбежала к пытающемуся встать Мэлу и со всей своей недевичьей силой врезала ему, а потом, забрав второй меч, кинулась к Лену, уже сменившему облик, но так и не пришедшему в себя. Все лицо его было залито кровью.
— Займись своей девкой! — грубо крикнул Реб где-то за спиной. — Его надо к Алисии, Академия здесь рядом, — он обхватил Милу за плечи. — Пойдем быстрее.
Небо на горизонте посветлело — близился рассвет.
Глава 11. Месть и ее цена
Ему что-то снилось, но что — он не знал. Это было что-то теплое и мягкое, что он любил. Он попытался сильнее раствориться в этом прекрасном чувстве, но удар в бок вырвал его из мира грез. Лен сразу же осознал три вещи. Первое — он лежит на чем-то мягком. Второе — рядом его обнимает кто-то живой. Третий — он не может открыть глаза. Лицо словно занемело, превратившись в маску. С огромным трудом Лен все же открыл глаза — веки словно налились свинцом — и увидел приютившуюся под боком Милу. Ее золотая головка уютно устроилась у него под боком, а рука крепко обнимала за пояс. Девушка спасла и, глядя на ее умиротворенное лицо с темными кругами под глазами, Лен понял одну важную вещь, которую должен был понять давным-давно: он всегда будет любить Милу и никогда не сможет с ней расстаться.
— Проснулся? — сонно протянула эльфийка, потягиваясь.
— Да, — ему едва удалось разжать губы, лицевые мышцы словно отсутствовали вообще. — Что… что случилось?
Мила приподнялась на локте и всмотрелась в его лицо.
— Ты главное не переживай.
— Мила!
— Не ори, мы в лазарете у Алисии.
Лен откинулся на подушку, чувствуя, как щиплет лицо.
— Мила, дай зеркало.
— Лен…
— Дай сюда зеркало, — прошипел он.
Мила демонстративно закатила глаза и встала.
— Сейчас схожу спрошу у Сони, может у нее есть.
На языке вертелось много слов, почти все — нецензурные, — но Лен сдерживался, лишь прожигая взглядом медленно идущую по палате Милу. На ней, что необычно, было простое светлое платье, а не привычные штаны, в остальном девушка была неотличима от себя обычной — весела, бодра и невыносима. Лен тихо выдохнул: он боялся, что Мила пострадала сильнее, чем он думал.
— Держи, — она подала ему зеркало с две ладони.
Лен приподнялся. Он чувствовал лишь слабость и несильное головокружение, учитывая предыдущие случаи — легко отделался. Он взглянул в зеркало. Помолчал.
Сидящая рядом Мила поспешила успокоить его:
— Не переживай, ты и до этого не был красавчиком.
— Спасибо, — деревянным голосом поблагодарил Лен, отдавая зеркало. Пять длинных рваных шрама через все лицо, от виска до подбородка — повезло, что глаза не зацепило. Да, «красавчик».
— Что с Делем? Как ты? Где остальные?
Мила забрала зеркала и принялась отвечать на вопросы. За это он испытал к ней жгучую благодарность: что она не стала ничего говорить и сменила тему.
— Дель скоро придет, с ним все в порядке, сам расскажет, что произошло, я сама еще не знаю, все это время с тобой была.
Он незаметно коснулся ее руки, пальцы их переплелись. Мила судорожно вздохнула и рассказала ему все, с момента похищения и до того, как он нашел ее у алтаря.
— Он пытался призвать демона из Глубин? — шепотом переспросил Лен, наклонившись к Миле. В лазарете было немного народа, но
— Да, — он почувствовал, как пальцы Милы задрожали, и притянул ее к себе. Та продолжала рассказывать: — Когда мы с Ребором принесли тебя сюда, Алисия глянула на меня и сказала, что я скоро умру — у меня настолько сильно пострадала аура. Эта… тварь выжгла часть души. Такие раны не лечатся магией, только любовью. Так Алисия сказала… И отправила меня спать к тебе. Мы так тут и провалялись все это время. Я все лежала и смотрела на тебя… И легче становилось… Ты меня вытащил, Лен, солнышко.
— Солнышко, — послушно согласился он, поглаживая ее по плечам. Сейчас она была такой хрупкой и уязвимой, что он мог думать лишь о том, как покрепче обнять ее и защитить от всего мира. — Как ты себя чувствуешь? Что говорит Алисия?
Мила хмыкнула, вспоминая целительницу.
— Что впервые видит, чтобы душа так быстро восстанавливалась. Раны исчезли, я же говорю, ты меня спас.
— А ты — меня, судя по всему. Ничего не помню, после того, как… — он неопределенно обвел лицо.
Мила прикрыла глаза.
— Немного.
Тяжелее всего вышел разговор с Делем. Он пришел следующим утром, когда Лен уже чувствовал себя здоровым и норовил сбежать. Алисия была другого мнения, и ему приходилось терпеть скуку лазарета. Впрочем, Мила быстро нашла ему развлечение.
Учебник по истории за третий курс прилетел ему ровно в живот, доказывая, что перед ним дочь двух лучших лучников Рассветного Леса.
— Больно вообще-то, — заметил Лен, потирая ушибленное место. — Зачем мне это?
— Экзамены! Ты забыл? Сессия начинается завтра, первым у нас стоит история…
— Завтра⁈ Мила, ты с ума сошла⁈ Почему ты не сказала мне раньше?
