Мила облокотилась о шкафчик с травами и настоями и посмотрела на размеренно раскладывающую повязки дриаду.
— Успокоительного? — не поднимая головы, поинтересовалась девушка-целительница.
— Нет, не нужно, — торопливо ответила эльфийка, пряча подрагивающие руки в карманы. — Все нормально.
Взгляд невольно скользнул по койке в конце палаты, где на белом одеяле горело пламя медных волос.
— Все будет хорошо, — Мила подняла глаза на вновь заговорившую дриаду, та понимающе улыбнулась эльфийке. — Он выкарабкается, Алисия ускорила регенерацию и срастила края ран. Пару дней поваляется пластом, а потом неделю будет пытаться вырваться отсюда, уверяя, что с ним все хорошо.
Мила улыбнулась, представив эту ситуацию.
— Зная Лена, он начнет уже завтра.
— Возможно, — беззвучно рассмеялась дриада. — Я — Соня.
— Мила, — представилась девушка.
— Все же без успокоительного?
— Без.
— Тогда ладно, — Соня встала и подхватила стопку подготовленных повязок. — Если будет нужно, я здесь почти всегда дежурю, либо можешь спросить у девочек вон в той комнате.
— Хорошо, спасибо.
Дриада кивнула ей на прощание и отправилась по своим делам. Мила обернулась, заметила, что у койки Лена стала на одного человека меньше, и решила все же подойти. Когда она опустилась по другую сторону кровати, сидящий рядом ликан поднял на нее свой мягкий серый взгляд. Под кожей пробежала волна дрожи, предупреждая эльфийку о том, что рядом находится враг. Ликанов и светлых эльфов связывает многовековая вражда, еще более продолжительная и неутихающая, чем когда-то была между вампирами и первыми эльфами. Но сидящий напротив полукровка не внушал никакого опасения. Встретившись с таким же, как у нее, обеспокоенным взглядом, девушка представилась:
— Я — Мила.
— Дель. То есть Дельморг, но мне нравится, когда просто Дель. Так менее зловеще, — неуверенно повел плечами ликан. Эльфийка понимающе кивнула. С каждым мгновением она все больше воспринимала его как сородича, а не как ликана.
Они немного посидели и помолчали, наблюдая за тем, как медленно и прерывисто дышит Лен. Как подрагивают его темные ресницы.
— Как представлю, — Мила сглотнула комок в горле, — что могла проходить по коридору минутой позже. Да что минутой — парой секунд. И я бы не успела.
Она все же вздрогнула и успела заметить краем глаза, как взметнулась рука Деля, словно он хотел ее утешить, и тут же опустилась. Девушка продолжала вглядываться в необычно спокойное лицо лиса, который не кривился и не злился, как делал при виде нее. На побелевшей коже россыпь веснушек на остром носе и щеках горела маленькими огоньками.
— Что он делал-то в субботу в Академии, он же работает в кафе?
— Герим его наказал.
— Ах, точно.
— А ты что делала в Академии в субботу? — Дель явно старался, чтобы его вопрос звучал помягче.
Мила пожала плечами:
— Заходила к ректору: надо было кое-какие документы донести, я же только поступила, — девушка обняла себя за плечи, хотя в кожаной куртке не было холодно. — Я не собиралась идти, но так получилось. Хотела пойти на Ярмарку с Сатиэлем, но его накануне избили, и он не смог составить мне компанию…
— Вот и шла бы со своим Сатиэлем, — прохрипели с койки.
Мила почувствовала, как непослушные губы изгибаются в улыбке.
— Лен, как ты? — Дель весь встрепенулся. — Дать воды?
— Давай. И хватит скалиться, остроухая.
— Пользуешься тем, что лежачих не бьют? — насмешливо спросила эльфийка, наблюдая за тем, как дрожат ресницы лиса: он вновь закрыл глаза, словно даже это требовало от него усилий.
— Дель, прогони ее, — страдальчески взмолился Лен.
— Не думаю, что это в его силах, — хихикнула Мила. — Да и не справится со мной один ликан.
— Да, на тебя нужна армия Тьмы как минимум, — прохрипел лис. Ликан лишь покачал головой, глядя на них.
— Лен, ты знаешь, что произошло?
— Толкнул кто-то в спину, — каждый слово, каждый вздох давалось Лену с огромным трудом. — Не знаю, кто.
— Мы выясним, — зловеще пообещал Дель, и впервые по спине Милы пробежали мурашки: похоже, волчонок все же может быть опасен. Но это было его право, за близкого или друга она бы тоже порвала глотки.
