– Артью, у тебя есть много недостатков, но…глупость никогда не была тебе присуща.
– Что вы имеете в виду, матушка?
– Лишь то, что сказала. Или ты полагаешь, будто я способна ненавидеть собственного сына?
– Тогда, почему вы ей помогаете всё время?
Графиня дотронулась ладонью до щеки Артью и с нежностью ответила:
– Только одна причина могла заставить меня прийти на помощь Ремике вопреки твоему желанию!
– Любопытно. И что же это за причина, матушка?
– Подумай Артью и ты найдёшь ответ. А пока мне необходимо отдохнуть после дороги. Завтра мы снова увидимся!
Артью поклоном проводил уход матери. Встреча с ней оставила очень много вопросов. «Что же это за причина?» – напряжённо размышлял Артью. Он прекрасно знал свою мать. Она никогда без серьёзного основания ничего не говорила. Следовательно, всё обстояло так, как она и сказала. К тому же, он впервые задумался о роли матери во всей этой истории. Она просто не могла его предать. Тогда почему она это сделала? Ответ, вероятно, заключался в той самой причине.
– Хозяин!
Неожиданно раздавшийся голос заставил Артью вздрогнуть. Завидев рядом с собой Ларефа, Артью резко нахмурился.
– Хозяин, – Лареф с опаской приблизился к Артью. Тот грозно сдвинул брови и таким же грозным голосом произнёс:
– И ты здесь, изменник!
– Хозяин, я могу назвать причину, о которой говорила ваша матушка, – таинственно зашептал было Лареф, но Артью повелительным жестом остановил его речь.
– От тебя я ничего не желаю слышать, Лареф. Ты меня предал. Следовательно, потерял право на моё доверие. И ещё, Лареф. Постарайся не показываться мне на глаза, иначе я поддамся соблазну и отрежу твои мерзкие уши.
Бросив эти слова Ларефу в лицо, Артью зашагал прочь из парка. Глядя с тоской ему вслед, Лареф негромко прошептал:
– Она вас любит, хозяин, лишь по этой причине мы помогли ей!
Но Артью не слышал его слов. Он вернулся обратно в комнату, размышляя о словах матери. Горничная сидела подле Ремики и ежеминутно прикладывала к её лбу ладонь. Завидев Артью, она негромко, но с тревогой произнесла:
– У миледи жар. Следует вызвать лекаря.
Артью расхохотался, услышав эти слова.
– Ещё бы не жар, – пробормотал он сквозь смех, – напиться до бесчувственного состояния. Такое кого хочешь…подогреет.
Несмотря на возражения горничной, он выпроводил её из комнаты. Затем сбросил рубашку на ковёр и направился к постели для того, чтобы забрать рубашку. Услышав стоны, он бросил беспокойный взгляд на Ремику. Она начала метаться в постели, издавая протяжные стоны.
– То ли ещё будет…пьянчужка, – пробормотал весьма довольный этим зрелищем Артью. – Сдаётся мне, ты надолго запомнишь эту ночь.
Он взял подушку и бросил её на ковёр рядом с рубашкой. Затем разлёгся на полу и, заложив правую руку за голову, задумался. Артью в который раз перебирал в уме разговор с матерью, пытаясь понять смысл недосказанной ею фразы. Постепенно на него начала накатывать дремота. Он начал уже засыпать, когда раздался резкий голос Ремики:
– Артью…
Артью вздрогнул и открыл глаза.
– Чёрт бы унёс твою душу, – в сердцах выругался Артью. Ему пришлось подняться и подойти к постели. Но едва он взглянул на Ремику, на его лице появилось изумление. У неё были закрыты глаза. Было очевидно, что она спит. Неужели ему послышалось?
– Артью…прости меня Артью.
Артью потрясли эти слова. Он не верил своим ушам. Что это? Бред пьяного человека или… – он бесшумно обошёл кровать и опустился рядом с Ремикой. Артью вглядывался в закрытые глаза Ремики, пытаясь увидеть проблески сознания, но…нет. Ничего похожего. Да и голос Ремики…он прозвучал с сокрушительной силой, и в нём отчётливо слышалась боль. Артью увидел, что губы Ремики раскрылись, и весь превратился в слух. Именно сейчас он мог получить ответы на все вопросы.
– Я люблю тебя, Артью…очень люблю,…прости меня, мой Артью, прости… у меня сердце разрывается на части, когда я вижу тебя с другой…я обманула тебя…у меня никогда не было любовников…я не хотела поджигать стог…я не хотела подражать волчьему вою тогда на реке…я не хотела тебя обманывать,…и я не мстила тебе…нет,…я так сильно полюбила тебя, что готова была на всё ради права назвать тебя своим супругом…я не хотела, чтобы тебя били,…и я никогда не отдам тебе письмо,…если только вместе с моей жизнью…забери и её вместе с письмом…зачем она мне без тебя… – раздался протяжный стон. Ремика заметалась по постели. Это продолжалось очень короткое время. Она затихла. Артью прислушался к её дыханию. Оно было ровным. Он некоторое время с глубокой нежностью смотрел на спящую Ремику.
