Ремика резко покраснела. Она опустила голову, не решаясь посмотреть в глаза Артью. Боже, что он обо мне думает? – с ужасом спрашивала себя Ремика, – как я могла опуститься до…пьянства?
– Полагаю, вы вчера собирались встретиться с одним из…любовников?
Не в силах отвечать, Ремика лишь покорно кивнула головой. А что ей ещё оставалось делать? Она не смогла бы объяснить своё появление в таверне. И уж тем более…
– А вы, миледи, весьма склонны к разного рода порокам. Опасно склонны. Я даже могу перечислить некоторые из них. – Артью сделал паузу, наслаждаясь этими мгновениями, а ещё больше опущенной головой Ремики. Благодаря такому положению, она не могла видеть улыбки на его губах. Придав голосу серьёзные нотки, Артью продолжил измываться над Ремикой. – Пьянство, поджоги, встречи с любовниками в злачных местах. Знаете, миледи, мне любопытно…очень любопытно,…что ещё припрятано в вашей душе? Чего ещё мне следует ожидать?
– Простите, я вовсе не такая, как вам показалось,…я впервые…ну, вы понимаете, – все эти слова Ремика пролепетала, не поднимая головы.
– Ещё бы не понимать? – Артью придал голосу гневные нотки, – мне пришлось в прямом смысле этого слова вытаскивать вас из таверны. Вы, миледи, напились до бесчувствия. И после всего этого имеете наглость заявлять, что подобное происходит с вами впервые. Надеюсь, вы не осудите меня, если я скажу, что ваши слова вызывают у меня недоверие.
– Вы вправе думать так, как пожелаете! – тихо прошептала Ремика, – чтобы вы не сказали, я приму это молча. И ещё…я благодарна вам за то, что вы не оставили меня там одну.
Она действительно была благодарна ему. И не столько за помощь, а за то, что он не предал её, откликнулся на зов. Ремика внезапно осознала, что всё вокруг изменилось. Она изменилась. Поведение Артью…его благородное поведение разительно отличалось от всего того, что она делала. Имею ли я право называть его своим супругом, когда веду себя столь неподобающе по отношению к нему? – думала она, не смея взглянуть на любимое лицо, и осознавая, что Артью прав от начала и до конца. Он прав. Он лучше неё. Пусть говорит все, что только ему вздумается. Она смолчит. Она стерпит…
Артью, который испытывал подлинное наслаждение от разговора, в этот миг задавался вопросом, суть которого состояла в следующем: «Вероятно, стоило проверить, насколько ревнива эта девица? Судя по всему, её терзает раскаяние. А раз так, следовательно, она должна смолчать. Хотя, я могу и ошибаться на её счёт. Сейчас мы это узнаем…
Ремика снова услышала гневный голос Артью:
– Ко всему прочему, вы, миледи, испортили мне приятный вечер!
– А вот об этом лучше не напоминай, Артью! – с угрозой произнесла Ремика. Она в одно мгновение преобразилась. Из молчаливой и покорной, она превратилась в амазонку с пылающим взором, полным негодования, и тут же вскинула на него угрожающий взгляд.
– Понятно… – протянул Артью, – вы миледи, вероятно, видели ту девицу? Неужели наши маленькие шалости стали предметом вашего внимания?
– Маленькие шалости? – переспросила Ремика с мрачным видом и тут же, забыв обо всех своих благих намерениях по отношению к супругу, гневно вскричала. – Да ты касался её, ты целовал её, ты гладил её,…ты вёл себя омерзительно! – Ремика топнула ногой и, приподняв платье, побежала прочь от Артью. Она боялась, что наговорит лишнего. Эта мысль гнала её подальше от него.
Артью же стоял, облокотившись плечом о стену, и с ухмылкой наблюдал за её внезапным бегством. Он выяснил всё, что ему было необходимо. Она действительно его ревнует. И это чувство настолько сильное, что она не в состояние с ним справиться.
– Прекрасно, – пробормотал под нос Артью, – просто чудненько. Вот уж не думал, что поведение этой девицы вызовет во мне…приятные чувства. Однако же, стоит поторопиться…матушка наверняка ждёт меня. У меня предчувствие…я получу огромное удовольствие от нашей беседы….
