— О твоём криминальном прошлом, моя милая, — сообщил мой напарник, взяв меня за руку и растерянно осматривая последствия своей слишком сильной хватки. — Меня интересует, по чьей инициативой ты похитила Тирсу, зачем вам был нужен я, и с кем ты сотрудничала, кроме членов твоей банды — как здесь, так и в Дейстрии.
— Ну, уж нет, сударь! — запальчиво воскликнула бывшая авантюристка. — Мало того, что вы сорвали мне операцию, убили меня и всех моих людей, вы ещё и после смерти взялись меня допрашивать?! Так передайте, господин шпион, своему начальству, что они могут проваливать…
Окончание фразы было настолько невежливым, что я стыжусь приводить его на бумаге. Оно заставило меня густо покраснеть, а напарника укоризненно покачать головой.
— Ну же, Грета, тебе наставница не говорила, что ругаться нехорошо? Я ей передам, пусть тебе рот мылом намажет за такие выражения.
— Мне?! Мылом?! — задохнулась от злости вампирша.
— Ну, не мне же, — довольно усмехнулся вампир. — Я так при дамах не выражаюсь. Кстати, я не шутил насчёт мыла и насчёт наставницы.
— Да как ты смеешь?! — возмутилась Грета, однако её вопль не произвёл на моего напарника ни малейшего впечатления.
— Смею, дорогая моя. Итак, начнём сначала. Ты на кого-то работала, так?
— Не буду говорить! — надулась Грета.
— Работала, не отпирайся. Но иной раз играла и на саму себя, верно?
Вампирша по-детски показала нам язык и отвернулась.
— Не будь ребёнком, Грета, и слушай меня, — холодно произнёс напарник. — Ты похитила Тирсу для себя одной, не для своего нанимателя. Хотела извлечь из неё выгоду, но…
— И вовсе не из неё! — выкрикнула, не сдержавшись, вампирша. — Мне нужен ты, а не эта глупая девчонка.
— Это всё равно, — отмахнулся напарник. — Главное — на твой след вышел Бломель. Верно?
— Если я скажу «нет», ты не поверишь, — буркнула не-мёртвая. Я смотрела на неё во все глаза, не в силах понять, что превратило «опасную женщину», которая весьма успешно соблазняла своего собрата минуту назад, в разозлённого ребёнка. Неудача? Серьёзный разговор? Тема, выбранная моим напарником?
«Глупенькая, все вампиры такие первое время, — засмеялся вампир. — В чём-то взрослые, а во всём остальном — сущие дети. Грета отнюдь не исключение».
— Ты права, не поверю, — сказал он вслух. — Кстати, развей мои сомнения — Бломель действительно кидается на всех с обнажённой шпагой или мне попросту не повезло?
— Не на всех, он ещё любит из-за угла из пистолета пальнуть, — проворчала вампирша, но тут же осеклась и уставилась на моего напарника буквально со священным ужасом. — Ты дрался с Бломелем?! Где?! Когда?!
— Недавно, — вежливо улыбнулся не-мёртвый. — И я бы не назвал это дракой. Скорее нужно говорить «убийство».
— Ты убил его?! — Казалось, Грета вот-вот упадёт в обморок от переполнявшего её счастья. — Ты убил Бломеля?! Господи, наконец-то…
— Ты так его боялась, а, Грета? — засмеялся вампир.
— А ты бы не боялся на моём месте? — огрызнулась не-мёртвая. — Бломель убил моего мужа, когда тот пытался перебежать ему дорожку, грозил убить меня и постоянно порочил перед хозяином. Доносил о каждом моём шаге, выслеживал и вечно врал, что я на себя играю, предаю хозяина.
— А разве ты не пыталась сыграть в одиночку, когда мы познакомились, а, Грета? — невинно спросил вампир.
— Пыталась! — закричала не-мёртвая. — А кто бы на моём месте не попытался? Это была моя добыча по праву, вы, двое! Я слышала о кровососе с девчонкой, которого упустил дурак Товаль в Дейстрии. Когда через меня пошло письмо, я вскрыла его и узнала, где вас можно перехватить. Я сама придумала, как задержать посланную вашим бюро дуру, и Тирса была моя по праву! И если бы не эта скотина Бломель, всё прошло бы так, как д
— Грета, — прервал её излияния мой напарник, с самым сочувственным видом положив руку на плечо не-мёртвой. — Всё закончилось, и давно. Бломель мёртв, ты в безопасности, дела людей тебя больше не касаются. Успокойся.
Прерванная на полуслове вампирша судорожно всхлипнула, а потом уткнулась в грудь своего собрата и разрыдалась. Напарник послал мне извиняющийся взгляд поверх плеча девушки и принялся успокаивать её, поглаживая по спине и нашёптывая что-то утешительное. Я потёрла руку, на которой при тусклом свете смутно виднелись следы пальцев вампира. Этой ночью мне опять не удастся выспаться, и объяснять госпоже Дентье, почему у меня которое утро красные глаза, совершенно не хотелось. А уж синяки на запястье! Ради всего святого, чем я могу их оправдать?! Впору самой разрыдаться от отчаяния и безысходности.
