Грета оказалась не такой быстрой, как мой напарник, а, быть может, увлеклась своими поддразниваниям. Во всяком случае, оплеуха получилась настолько сильной, что голова разошедшейся «сестрицы» дёрнулась от удара, а после я ударила ошеломлённую вампиршу по губам.
— Не смей меня дразнить, Грета, — со спокойствием отчаяния потребовала я. Сейчас вампирша растеряна от моей наглости, но как только она придёт в себя… Возможно, после моей смерти ей и придётся пожалеть о допущенной ошибке, но кого это утешит?
Однако вместо того, чтобы с криком наброситься на меня, Грета по-детски надулась и показала мне язык.
— Ты мне не наставница, Тирса, — обижено буркнула девушка. — А когда ты присоединишься к нам, ты будешь ещё младше меня, так и знай!
— Я непременно это учту, сестрица Грета, — ответила я с нервным смешком, догадавшись, что не-мёртвая по странным причинам восприняла удар как заслуженное наказание. — И постараюсь не попадаться тебе на глаза, если вдруг тоже стану не-мёртвой. Однако ты хотела дать разъяснения касательно дел, которые мой напарник ведёт с людьми. Хозяйка лена дала ему разрешение? Или суть в том, что бюро находится в другой стране?
— Где находится бюро, как раз не имеет значения, — возразила Грета, прекратив строить из себя маленькую девочку, что, говоря откровенно, при её росте и фигуре смотрелось пугающе. — За твоего дружка просил сам Мастер, а его слово очень высоко ценится среди нас. Он лично объяснял моей наставнице, как важен для него этот мальчик, рассказывал о покойном друге и… — Грета схватила меня за руку, наклонилась к самому моему уху и выдохнула свистящим шёпотом: — Мастер упоминал, что мальчишка был предназначен для работы в бюро ещё до своего второго рождения. Я имею в виду — до того, как стал одним из нас.
— Неужели! — ахнула я. Грета истово закивала. — Но как… разве это возможно? Я имею в виду… ведь, чтобы его предназначить, его наставник… Грета, не может быть, его учитель никогда… он ненавидел бюро, не доверял людям!..
— Я ничего не знаю, — покачала головой вампирша, отпуская мою руку. — Наставница при мне только мельком обмолвилась, да и, к тому же, как мне показалось, Мастер и ей сказал немного. А ты, оказывается, была близко знакома с учителем твоего дружка? Так это его метка на тебе под метками мальчишки и Мастера? Ну, и дела… Для чего же тебя берёг один старик и бережёт второй? Как игрушку своего воспитанника? Они настолько его любят?
— Тебе не кажется, дорогая сестрица, что твои вопросы выглядят неуместно?
— Не кажется, — засмеялась вампирша. — Ты не первая, и ты не последняя из людей, которые влюбляются в вампиров, делятся с ними своей кровью и исполняют все прихоти. Почему бы вам не сознаться в этом — хотя бы среди нас? Или ты стыдишься своего чувства? Здесь, в Острихе?
Я поняла, что ещё немного — и я снова ударю «сестрицу» по её нагло усмехающейся физиономии, и неизвестно, сойдёт ли подобная вольность мне с рук во второй раз.
— Послушай-ка, Грета, — стараясь сохранять спокойствие, холодно произнесла я, — тебе нет ни малейшего дела до того, пьёт ли мой напарник мою кровь, и происходит ли это добровольно, и я не обязана отчитываться перед тобой в своей личной жизни…
— А! — перебила меня «сестрица». — Вот в чём дело! Он не спрашивает твоего согласия, ведь так? Бедняжка!
Грета с покровительственным видом погладила меня по плечу и нисколько не смутилась, когда я, дёрнувшись, сбросила её руку.
— Он высосет тебя досуха, а потом бросит умирать, — равнодушно предсказала вампирша. — Такое случается — когда не-мёртвые молоды, и влюбляются…
— Ты замолчишь когда-нибудь или нет?! — закричала я, но «сестрица» снова расхохоталась.
— Не хочешь признать правду — не признавай, — улыбнулась она, старательно показывая клыки. — Помянешь ещё меня, да поздно будет. Мой совет — поверь, Тирса, от чистого сердца — беги от своего напарника, беги, пока поздно не стало.
— Хотела бы, да вот как раз поздно трепыхаться, — тихо ответила я. Не-мёртвая, по-видимому, услышала и кивнула. Слава Богу — молча!
«Хорошенького же ты обо мне мнения, моя милая девочка! — услышала я в голове возглас напарника. — Если тебе когда-нибудь захочется меня покинуть…»
«Отпустишь?» — изумилась я. И это после его раздражённой нотации о том, что я принадлежу ему, и многих других унизительных заявлений в том же духе?
«Разумеется! — беспечно согласился вампир. — Как только буду полностью уверен, что ты в полной безопасности от тех замечательных людей, которым, как и Грете, не терпится завести в своём обиходе нового питомца».
«Ты думаешь, такое время когда-нибудь наступит?» — горько спросила я. Мне внезапно стало стыдно за то, что из-за меня напарник бросил допрашивать Грету, и занялся моим лечением, как будто важнее синяков и ночного сна нет ничего на свете. А теперь Грета может передумать, и не расскажет нам всего, что знает…
«Не переживай, Ами, — отмахнулся вампир. — Никуда Грета не денется, а вот если ты провалишь легенду, нам придётся бежать из города, и сорвётся вся наша с тобой работа здесь. Поэтому… позови-ка Грету, мне с ней поговорить надо».
