«Так говори, коли нужно, — удивилась я. — Вот же она, возле меня стоит».
«Вот бестолочь! — в сердцах ругнулся напарник. — Если бы я хотел орать на всю улицу, я сделал бы это сразу. Скажи сестрице, что я рядом, и что мне понадобится её совет».
«Но… Как же так?» — опешила я. Неужели напарник собирается раскрыть неудачливой авантюристке свой секрет, почему не может попросту подойти к нам и как тогда собирается взламывать аптеку?
— Ты чего, Тирса? — встряхнула меня Грета, и я поняла, что этот вопрос она задала отнюдь не в первый раз. — Голова болит? Тебе плохо? Чёрт, куда твой дружок запропастился?! Что я буду делать, если ты свалишься? Тирса! — В голосе вампирши звучали панические нотки.
«Не пугай ребёнка! — потребовал напарник. — И не спорь, глупышка, я знаю, что делаю. Ну же!»
— Тирса!!! — с ужасом повторила не-мёртвая. — Пожалуйста, миленькая, ответь мне! Ну, хоть что-нибудь! Тирса!
— Не бойся, Грета, — поспешно произнесла я, опасаясь, как бы вампирша не принялась голосить и звать на помощь. Поддержание мысленной связи делало меня похожей на одержимую из готических романов, но никто так сильно не пугался, как эта молодая не-мёртвая. К моему ужасу и смущению она судорожно всхлипнула и бросилась мне на шею — не кусаться, разумеется, а рыдать, что, впрочем, тоже было не слишком приятно из-за опасной близости клыков «сестрицы» к моей коже.
— Я думала, тебе совсем плохо стало, а как я оправдываться буду, что наставница скажет, и дружок твой мне не поверит, и М-мастер… Они скажут, это из-за меня всё, и…
— Ну-ну, Грета, успокойся, — растерянно проговорила я. — Никто ничего такого не скажет, и тебя без причины ни в чём не обвинят. И мой напарник…
— Он ска-ажет! — всхлипнула вампирша. — Он на тебе помешался, и слушать не будет, сразу шею свернёт, а я…
— Нет, Грета, нет, — как можно более мягко проговорила я. — Он всегда точно знает, что со мной происходит, и напраслину ни на кого возводить не будет.
— Знает? — недоверчиво переспросила вампирша, отрываясь от моего плеча, на котором только что упоённо рыдала. — Так он правда… читает твои мысли?
— Читает, — со вздохом призналась я. — И передаёт. Только это секрет и…
«Прекрати нести вздор! — перебил меня вампир. — Лучше скажи этой плаксе, чтобы посмотрела вдоль улицы. Да не вправо, а влево, живо!»
«Ну, знаешь, такое обращение уже переходит всякие границы!» — обиделась я, но приказание выполнила. Грета послушно посмотрела в указанном направлении и брезгливо наморщила нос.
— И впрямь, дружок твой объявился, — отметила она. — Ну и пахнет же от него! Где он такую гадость нашёл?
Приглядевшись, я и сама увидела быстро приближающегося к нам моего напарника, обряженного в тяжёлый рыбацкий плащ и сменившего свои туфли на высокие грубые сапоги. Заметив мой взгляд, вампир предостерегающе взмахнул рукой.
«Не подходите, — приказал он. — Это я нарочно, запах отбить. Приготовься, Ами, сейчас будешь передавать Грете каждое слово. Поняла?»
Я кивнула, хотя не-мёртвому всё было ясно и без этого, и передала Грете сказанное напарником.
— А… — понимающе потянула сестрица. — Отличная мысль. От этой пакости за милю несёт табаком и рыбой, ни одна собака вампира почуять не сумеет. Но как он?..
О чём хотела спросить не-мёртвая, я узнать не успела: напарник дошёл до аптеки и, размахнувшись, выбил локтем окно. Я изумлённо ахнула.
«Скажи Грете: во-первых, я укрепил сон всех спящих в округе, вы можете не волноваться. А во-вторых, лавки и аптеки — не жилые помещения, туда нам вход не заказан… да и рябиной не закрыт».
Пока я передавала сказанное вслух, напарник легко вскочил в окно, и вскоре в аптеке послышался звон.
— Спирт, — принюхавшись, растерянно произнесла Грета. — Но зачем?!
«Спроси у неё, что мне брать и сколько этого лекарства нужно» — потребовал напарник.
Переговоры затянулись надолго: Грета, хоть и держалась более чем самоуверенно, не так уж хорошо разбиралась в лекарствах и уж точно была не настолько сведуща в них, чтобы давать советы вслепую. Напарник то и дело натыкался в темноте на полки с порошками и настойками, опрокидывал их с ужасным грохотом, чертыхался почему-то на два голоса, звучавших неожиданно пьяно, и два раза выпрыгивал на улицу, чтобы издалека показать находку молодой вампирше. Наконец, когда мы обе с ней уже извелись, представляя, кто может прийти на поднятый не-мёртвым шум, напарник определился с выбором и выбрался на улицу, сжимая в руке две склянки и бумажный пакетик.
— Тирса, миленькая! — затеребила меня Грета. — Ну, спроси у своего дружка, зачем ему спирт! В аптеке разлил, сейчас с собой взял… Зачем?!
Напарник вместо ответа ухмыльнулся — в свете фонаря сверкнули чересчур длинные клыки, — и с размаху разбил одну из склянок о фонарный столб.
— Да что же это он?! — ахнула Грета, но вампир, не затрудняя себя объяснениями, повернулся и побежал по улице, бросив мне мысленный приказ оставаться на месте и ждать его.
