— Её силы внутри собственного разума неизмеримы, — задумчиво ответил Кас. — Для того, что внутри неё, она кто-то вроде Бога. Но сама этого не знает. Подожди, Сэм что ты де… — ангел не договорил. Винчестер молча подошёл к нему и стиснул в объятиях — как будто заканчивая их недавний разговор о жертвах, принесённых во имя чужого спасения. Кастиэль секунду думал, пытаясь понять, с чего вдруг на охотника нашли такие нежности, а потом до него дошло. Он обнял младшего Винчестера в ответ, отвечая на его немую благодарность: — Не за что.
Дин с самого утра возился в гараже. Можно сказать, что ему повезло — до Барбары ехать пришлось недолго, около получаса. Глубокой ночью он постучался в дверь к этой удивительной женщине, и она пустила его, едва он назвал своё имя. Помогла снять с Саманты плащ, забрала его в стирку, показала комнату, где девочку можно было уложить в постель — а потом выслушала Винчестера, лишь изредка молча кивая.
Может, Дину надо было бы встревожиться. Им никогда особо так не фортило — обычно те, кто был в силах им помочь, упорно отказывались от каких-либо действий. Они не хотели иметь с Винчестерами ничего общего — но только не Барбара. Она обещала им помощь. Она улыбнулась, услышав про бункер. И она поставила всего пару условий, на которые Дин с огромным облегчением согласился.
Довольный после душа и сна на нормальной кровати, рано утром охотник вышел на улицу и отправился в гараж. Там находилась «пострадавшая» — машина Барбары, которую женщина попросила починить, пока Саманта не проснётся — девочка была измотана, это транслятор подтвердила, едва коснувшись её лба. Всего лишь починить машину в обмен на домашнюю еду и помощь с любыми вопросами, которые у них возникнут. Вытирая руки, Дин думал, что всю жизнь мечтал о таком — да, если бы все были столь гостеприимны и готовы помочь, он бы ни разу не заикнулся о том, что охота может быть ужасной.
Охотник посмотрел на часы. Было уже почти десять утра — через пару минут он должен был явиться на завтрак, который у Барбары всегда проходил в одно и то же время. Она строго приказала Дину не опаздывать, и Винчестер вовсе не собирался нарушать данное обещание. К тому же, желудок подводило от голода — после супа, сваренного им в бункере, он больше ничего не ел. Так и не успел.
Так что Дин, оставив машину Барбары, поспешил в дом. Ускорился, увидев в окне Саманту, стоящую рядом с женщиной, торопливо вошёл и направился на кухню. Пахло вкусно, и уже всё было на столе — оставалось лишь сесть и слопать всё, что ему могли дать.
— Доброе утро, — объявил Дин о своём присутствии. Саманта обернулась к нему, робко улыбнулась. Дин заметил — на руке у неё, на том месте, где вчера была рана, остался большой шрам. Поджал губы — когда Кас исцелял кого-то, обычно следов не оставалось. Но, видимо, сил у него и правда было совсем немного.
— Доброе, — отозвалась Барбара, ставя на стол чайник. — Куда! — прикрикнула она, когда Дин сел. — Руки вымой!
Охотник, заметно смущённый, поднялся и направился к раковине. Саманта хихикнула у него за спиной. Барбара ей подмигнула и что-то шепнула одними губами — что именно, Дин не понял.
— То-то, теперь садись, — разрешила женщина. Винчестер быстро сел за стол. Глаза у него разбежались — хотелось всего и побольше. Да как можно скорее. Ни о каком воспитании не могло быть и речи — пробубнив с уже набитым ртом короткое «спасибо», Дин начал утолять голод.
Барбара смотрела на него с другого края стола, посмеиваясь. Улыбалась неожиданно осмелевшая Саманта, наблюдая за Дином. Винчестер заметил их взгляды только после третьей вафли. Смутился, вспомнив о приличиях, опустил вилку.
— Что? — спросил он, всё ещё стараясь сказаться хотя бы самому себе серьёзным и уверенным охотником.
— Пора бы и поговорить, — заметила Барбара. Дин проглотил кусочек вафли, согласно кивнул. — Я не стала мучить вас ночью, не зверь же. Но мне кажется, вам нужно рассказать, что произошло.
— Пустота, мэм, — без перерыва после её слов, ответил Дин, словно докладывая начальнику. Женщина улыбнулась:
— Можешь звать меня Барбара, — разрешила она. Потом спросила: — Пустота? Что за Пустота?
— Та самая, с большой буквы, — ответил Дин. — Думаю, Барбара, вы заметили, что на этой неделе солнце едва не погасло, ведь так? — он дождался кивка. — Бог едва не умер в тот день.
— Бог? Он всё-таки?..
— Ещё какой реальный, — кивнул Винчестер. — И его едва не прикончила собственная сестрица. Мы всё уладили, но… Им нужно время, чтобы разобраться во всём. И потому они ушли. А когда ушли…
— Разорвали ткань бытия, — раздался глубокий низкий голос. Барбара и Дин взглянули на Саманту — девочка сидела прямо, синие глаза пронзали всех присутствующих насквозь.
— Утречка, Кас, — втыкая вилку в вафлю, сказал ангелу Дин. Кастиэль кивнул. — Как ты?
— В порядке, — Кас огляделся, но не стал задавать никаких вопросов. Было видно, что сегодня за руль он встал впервые после своей отключки в заброшенном доме, и был слегка растерян.
— Разорвали ткань бытия, — повторила Барбара, — и что… в чём это выразилось?