Судя по луне, полночь еще не настала. В доме тихо, несмотря на то что лейтенант Маккен благополучно вернулся домой, да не один, а с приятелями. Однако они слишком сильно устали для того, чтобы праздновать — с нижнего этажа доносилось тихое похрапывание. Вряд ли я кого-либо побеспокою, если попрошу помощи у Лоретты Маккен. Вздохнув, я осторожно перегнулась через край кровати и кашлянула.
— Саксоночка? Что-то случилось? — Тень на полу приняла форму тела Джейми.
— Нет. А у тебя? — Я тихо хихикнула.
— Все хорошо, саксоночка. — Раздался шорох — Джейми подтянул ноги и сел. — Я рад, что у тебя хватает сил на вопросы. Хочешь пить?
— Вообще-то я хочу… э-э… обратного.
— Что? А… — Мелькнув светлой рубашкой, он нагнулся и зашарил под кроватью. — Помочь?
— Да. Иначе бы я не стала будить тебя, — немного раздраженно ответила я. — Вряд ли я смогу дождаться миссис Маккен или Дотти.
Джейми фыркнул и подхватил меня под мышки, помогая сесть.
— Ну-ка, еще немножечко… Ты ведь делала то же самое — а еще гораздо более неприглядное — для меня.
Так и есть. Но от этого не легче.
— Отпускай. Может, выйдешь?
— Нет, — мягко, но решительно заявил он. — Если я отойду, ты упадешь. Ты это прекрасно знаешь, так что хватит болтать, займись делом, а?
Получилось не сразу — любое напряжение мышц живота вызывало сильную боль. Покончив с этим, я, задыхаясь, легла. Джейми взял горшок, по-видимому, собираясь в традиционной манере эдинбуржцев выплеснуть его содержимое из окна.
— Подожди! Оставь до утра.
— Зачем? — помедлив, осторожно спросил он.
Очевидно, Джейми решил, что жар вернулся и я брежу, изобретая какое-нибудь абсурдное употребление для содержимого горшка. Однако он смолчал — по-видимому, на случай, если у меня найдется вполне разумное, пусть и причудливое, объяснение. Я бы засмеялась, не будь мне так больно.
— Когда рассветет, я хочу проверить, что в моче нет крови, — пояснила я. — Правая почка сильно болит, нужно убедиться, что она не повреждена.
Джейми осторожно поставил горшок на пол и, к моему удивлению, выскользнул за дверь, двигаясь тихо, будто охотящаяся лиса. Скрипнула ступенька — Джейми спустился, но его возвращение выдал лишь неяркий огонек свечи.
— Посмотри сейчас. — Он поднял горшок и поднес его ко мне. — Я ведь знаю, что ты теперь до рассвета будешь волноваться.
От этой трогательной заботы у меня на глаза навернулись слезы. Услышав, как у меня перехватило дыхание, Джейми встревоженно нагнулся ниже и поднес свечу к моему лицу.
— Что с тобой, саксоночка? Тебе стало хуже?
Я поспешно вытерла глаза уголком простыни.
— Нет. Нет… просто… все хорошо, я всего лишь… ох, Джейми, я так тебя люблю! — Я все-таки расплакалась, хныча и всхлипывая, точно идиот. Я попыталась взять себя в руки и сказала: — Прости, все хорошо, просто…
— Я прекрасно тебя понимаю. — Поставив горшок и свечу на пол, Джейми осторожно лег на край кровати рядом со мной. — Ты ранена,
Я покачала головой и прильнула к Джейми.
— Ты тоже, — промямлила я ему в грудь, омочив рубашку слезами.
Насмешливо фыркнув, он осторожно погладил меня по спине.
— Ну, меня еще много осталось, саксоночка. По крайней мере, пока.
Я вздохнула и полезла под подушку в поисках чистого платка.
— Тебе лучше? — садясь, спросил Джейми.
— Да. Пожалуйста, не уходи. — Я схватилась за его ногу, теплую и твердую. — Полежи со мной минуточку, мне так холодно. — Мне и правда было холодно, хотя судя по влажной от пота коже в комнате жарко. Однако от сильной кровопотери меня знобило, а дыхание стало поверхностным: я не могла произнести предложение целиком, не прерываясь на вдох, а руки то и дело покрывались мурашками.
— Не шевелись, я сейчас. — Джейми обошел кровать и лег позади меня. Кровать была узкой, мы лежали, тесно прижавшись друг к другу.
Я осторожно вздохнула и расслабилась рядом с его теплым, надежным телом.
— Слоны, — стараясь дышать как можно спокойней, сказала я. — Когда самка слона умирает, самец иногда пытается с ней спариться.
Джейми помолчал, а потом на мой лоб легла его большая рука.
— Ты либо снова бредишь, саксоночка, либо у тебя слишком извращенное воображение. Ты ведь не хочешь, чтобы я…
— Нет, — поспешно ответила я. — Уж точно не сейчас. Да я и не умираю. Я просто вспомнила об этом.
Насмешливо фыркнув, Джейми убрал волосы с моей шеи и поцеловал меня в затылок.
— Раз уж ты не умираешь, быть может, сейчас хватит и этого?
Я взяла его руку и положила себе на грудь. Мне понемногу становилось теплее, и озябшие ноги, прижавшиеся к его голеням, расслабились. В окне, запотевшем от влажной летней ночи, виднелись звезды, и я заскучала по холодным, чистым, темно-синим ночам в горах, когда кажется, что до огромных звезд можно достать рукой.
— Джейми, вернемся домой? Пожалуйста…
— Хорошо, — тихо сказал он.
Он держал меня за руку, и молчание заполнило комнату подобно лунному свету. Мы оба размышляли, где наш дом.
