Кэмпбелл позаботился о том, чтобы капитан (впоследствии адмирал) Томас Ашер принял Наполеона на борт фрегата
Наполеон заявил Кэмпбеллу, что, по его мнению, англичане навяжут Бурбонам договор о торговле, из-за которого тех «изгонят в шесть месяцев»{2786}. Наполеон попросил капитана об остановке в Аяччо и рассказывал Ашеру истории о своей юности. Коллер попросил англичанина не соглашаться, возможно, опасаясь хаоса, который возник бы, если бы Наполеон укрылся в корсиканских горах{2787}.
В 20 часов 3 мая фрегат «Undaunted» бросил якорь в Портоферрайо, главной гавани Эльбы. На следующий день в 14 часов Наполеон сошел на берег. Его встретили супрефект, местное духовенство и чиновники с церемониальными ключами от острова, однако важнее всего оказались восторженные возгласы местных жителей «Да здравствует император!» и «Да здравствует Наполеон!»{2788}. Над крепостью подняли придуманный им самим флаг: белое полотнище с красной перевязью, обремененной золотыми пчелами. Продемонстрировав свою блестящую память, Наполеон узнал в толпе сержанта, которому у Прейсиш-Эйлау вручил орден Почетного легиона, и тот расплакался{2789}. После благодарственного молебна Наполеон отправился в ратушу для встречи с элитой острова. Первые несколько дней он жил в ратуше. После Наполеон обосновался на просторной, удобной вилле Мулини над Портоферрайо, летней же своей резиденцией назначил виллу Сан-Мартино, с террас которой открывается прекрасный вид на город[320]. На следующий день после приезда Наполеон осмотрел укрепления Портоферрайо, а через день – железные рудники, которые следовало сделать прибыльными: вскоре предстояло столкнуться с острой нехваткой денег.
Финансовое положение Наполеона совершенно не соответствовало тому, что он сам считал необходимым. Вдобавок к 500 000 франков, привезенным им из Франции, казначей Перюс доставил 2,58 млн, а Мария-Луиза прислала еще 911 000 франков: итого – менее 4 млн франков{2790}. Хотя, согласно договору в Фонтенбло, Наполеон мог рассчитывать на 2,5 млн франков в год, Бурбоны не уплатили ему ни сантима. Доходы от Эльбы в 1814 году составили 651 995, а в 1815 году – 967 751 франк, но расходы Наполеона на гражданскую администрацию, военные нужды и собственный двор превысили 1,8 млн в 1814-м и достигли почти 1,5 млн франков в 1815 году. Таким образом, ему хватало денег еще на 28 месяцев, хотя, учитывая, что у Наполеона было пять камердинеров, он явно мог немного сэкономить. Вдобавок в декабре Бурбоны конфисковали имущество семьи Бонапартов{2791}.
Когда в 1803 году Эльба досталась Франции, Наполеон похвалил «кротких и трудолюбивых» островитян, а также «две превосходные гавани и богатые рудники» Эльбы. Теперь же, сделавшись ее повелителем, он называл 8094 гектара острова своим royaume d’opérette – «опереточным королевством»{2792}. Любой другой монарх мог нежиться на очаровательном острове с мягким климатом, особенно после двух последних суровых лет. Но не Наполеон: он погрузился во все аспекты жизни Эльбы – и постоянно искал возможность ускользнуть от Кэмпбелла и вернуться во Францию, если политическая ситуация окажется благоприятной.