– Что это ты пишешь?
Делия Грейс прошла мимо моего письменного стола слишком близко, чтобы это не могло не обеспокоить.
– Так, ничего. – Я смяла лист.
Такое письмо я не могла отправить Валентине. Я знала, что она поймет, но мне нужно найти другие слова, спросить так, чтобы это не выглядело слишком уж жалким, если кто-нибудь сунет нос в письмо.
– Ты хорошо себя чувствуешь? – спросила Делия Грейс. – Ты кажешься бледной, как изолтенка. – Она улыбнулась собственной шутке.
– Немножко устала. Наверное, все эти дни королевского визита измотали меня.
– Ты можешь врать кому угодно, Холлис, но зря тратишь время, когда пытаешься соврать мне.
Подняв голову, я посмотрела на нее, а Делия Грейс ответила мне вопросительным взглядом.
– Ладно. Это просто… – тихо заговорила я. – Я ведь думала, что стать королевой – это нечто прекрасное и веселое. А похоже, у королевы довольно извилистый путь… Не думаю, что хочу именно такой жизни.
Делия Грейс тоже понизила голос:
– Тебе придется найти способ справиться со всем этим. И тебе досталась доля получше, чем многим другим. Тебя не выдали за какого-нибудь незнакомца, твои родители не отправили тебя в другую страну, и тебе не двенадцать, чтобы заливаться слезами!
Я вздохнула. Я и сама знала, что другим приходится куда хуже, когда речь заходит о браке, но это ничуть не уменьшало мою собственную боль.
Взяв золотые кости, лежавшие на моем столе, я покатала их, а потом спросила:
– А тебе жаль Валентину?
– А тебе не жаль? – рассмеялась Делия Грейс. – Когда ты видишь ее мужа, этого старого болвана?
– Но разве дело только в нем одном? Разве ты не заметила, как она одинока при всем, что имеет? Как печальна? Джеймсон любит меня и будет обращаться со мной гораздо лучше, чем обращается с Валентиной Квинтен. Но ведь есть еще множество разных мелочей, о которых я никогда не задумывалась… Что, если потом, когда он станет старше и его любовь ко мне охладеет, у меня возникнет чувство, будто я – всего лишь вещь, принадлежащая государству? Драгоценная корона заперта в комнате без окон, ее выносят лишь тогда, когда нужно поднять настроение людям, воодушевить их, но зачем еще она нужна?
Я надолго замолчала, повернувшись к Делии Грейс, надеясь, что она уловила мою мысль, но увидела только порицание во взгляде.
– Не надо! – сказала она. – Если ты потерпишь неудачу, то и меня за собой потащишь. А мне, Холлис, этого не выдержать, я не смогу.
– То есть ты просишь меня быть несчастной, чтобы ты сама могла выйти замуж за какого-нибудь уважаемого лорда, который тебе даже не нравится, лишь бы люди перестали болтать о тебе?
– Да! Это так мучительно! – пожаловалась Делия Грейс, явно готовая расплакаться. – Я всю жизнь прожила среди людей, которые шепчутся у меня за спиной. И у них просто не хватает храбрости бросить оскорбление мне в лицо. Но теперь я старшая фрейлина королевы, и это дает мне шанс стать уважаемой. А ты сама разве не ухватилась бы за такую возможность?
– А что, если мы можем найти что-нибудь получше? – предположила я.
– Лучше, чем
