Нареченная полностью

– Нет, – быстро ответила я. – Всего лишь мысль о потере… самой себя. Выгоды положения королевы этого не оправдывают. Останется ли у меня личная жизнь? Прежде всего, все эти лорды и их бесконечные жалобы… И еще визиты королей. А теперь еще и… Джеймсон уже пообещал отдать нашу первую дочь… – Я судорожно сглотнула, у меня не было сил передавать слова Джеймсона. – Он ведь может отдать куда-то всех наших детей. Кому угодно. Людям, которые даже и заботиться о них не станут. – (Делия Грейс с шумом втянула воздух, давая мне время прийти в себя.) – Да, каждая из трудностей сама по себе не так уж велика, с ними я справлюсь, но дети, которых он может куда-то отправить одного за другим? Не знаю, в силах ли я принять это.

– Это должна была быть я, – встряхнув головой, пробормотала Делия Грейс.

– Что?!

Она встала, уставившись на меня темными глазами, которые почему-то казались ледяными.

– Я сказала, это должна была быть я! – повторила она и быстро отошла прочь, в глубину покоев, словно они принадлежали ей.

Я вскочила, чтобы догнать ее:

– О чем ты говоришь?

Делия Грейс резко развернулась, даже наклонилась вперед. Я никогда не видела ее такой разгневанной.

– Если бы ты обращала внимание на кого-нибудь, кроме себя, то увидела бы, что я очень внимательно наблюдаю за Джеймсоном. Я рассмотрела, что ему было скучно с Ханной. Я знала, что он готов вскоре поухаживать за кем-то еще. А все эти маленькие примитивные уроки, которые ты старалась выучить перед визитом Квинтена? Я давно все это знаю! В замке множество книг, из которых ты могла узнать всю историю Короа, о его отношениях с Изолтом, Мурлендом и Каталом. Но ты же слишком ленива для того, чтобы хотя бы заглянуть в них! – Делия Грейс вскинула голову и уставилась в потолок, прежде чем снова посмотреть на меня. – А ты знаешь, что я говорю на четырех языках?

– На четырех?.. Нет. Когда же ты…

– В последние несколько лет, когда ты только и делала, что танцевала и жаловалась на родителей. Тебе нужно было всего лишь постараться, но ты не желала! А я старалась! Я совершенствовала себя. Ты даже не выглядишь настоящей короанкой! – выкрикнула она.

– Не поняла?

– Все об этом говорят, о твоих светлых пшеничных волосах! В тебе точно есть изолтенская кровь! Или баннирианская. Потому и лорды жалуются. Если король желает взять в жены короанку, она должна и выглядеть правильно, а если он намерен жениться на иностранке, то должен взять ту, которая может что-то предложить государству.

У меня защипало в глазах.

– Ладно, но с этим все равно ничего не поделать, – огрызнулась я. – Сама судьба бросила меня в его руки!

– Ха! – Делия Грейс покачала головой. – Нет, это просто я не рассчитала. Это я выпустила тебя из рук тем вечером, Холлис.

– Нет… мы обе…

– Я хотела, чтобы ты упала, а я бы бросилась тебе на помощь. Я видела, что король подошел к нам, и хотела устроить запоминающееся представление, чтобы он смог заметить меня среди десятка других девушек, которые кокетничали с ним. Я думала, что, если сумею произвести впечатление, он хотя бы увидит меня. Но я неправильно рассчитала время, сама упала, а он поймал тебя. – Делия Грейс произнесла это с горечью, которая жалила, как стрела. – Я ошиблась и тем самым полностью вычеркнула себя из его мыслей.

Она поднесла руку к губам с таким видом, будто готова была заплакать, но не позволила пролиться ни единой слезинке. Я была слишком ошеломлена, чтобы как-то ответить. Я понимала, что Делия Грейс предназначена для лучшей жизни, но понятия не имела, как высоко она метит. И не догадывалась, что она намеревается просто обойти меня. Но тут наши взгляды встретились: ее глаза смотрели мягче, чем прежде. В них светились печаль, отчаяние. И мне стало жаль ее, я не могла уже сердиться.

– Но почему ты ничего не сказала раньше? Ты достаточно умна, мы смогли бы повернуть его мысли к тебе.

– Я подумала, – пожала Делия Грейс плечами, – что у меня появится шанс, когда ты ему надоешь, как это случалось со всеми до тебя. Но потом… то, как он на тебя смотрел… Я видела, происходит нечто особенное. И что я могла сказать? Ты всегда была моей лучшей подругой… Когда все вокруг болтали, что я бастард, ты не обращала на это внимания; ты всегда оставалась со мной. И это было наименьшим, что я могла для тебя сделать. Я сказала себе: если я буду помогать тебе, это все равно что победить самой. Потому-то и постаралась как можно скорее стать твоей фрейлиной, поскольку только так могла подняться вместе с тобой. Но ты и этого даже не хочешь! А видеть, как ты возносишься, оставаясь в твоей тени, оказалось куда труднее, чем я могла вообразить.

– Я никогда не собиралась возноситься, – искренне возразила я, понимая наконец, почему Делия Грейс в последние недели была такой напряженной; я подошла к ней, взяла за руки. – А ты мне не слуга. Ты моя самая давняя, самая доверенная подруга. Ты знаешь обо мне куда больше, чем кто-либо другой, и я доверяю тебе все мои тайны.

– Не все, – усмехнулась она.

И снова ее глаза впились в меня, проникая глубже обычного, пытаясь рассмотреть то, что я так боялась показать.