«О, ты не представляешь себе насколько», – хочу сказать я. Вместо этого просто смеюсь.
– Ты нарываешься на комплименты, пахан? Боже мой, ты такой тщеславный. – Я игриво толкаю его локтем, и мы оба посмеиваемся. Когда смех утихает, я меняю тему: – Ты сказал, что мы должны что-то обсудить.
– Да. Мне нужно, чтобы ты сперва поставила «жучок» в комнате Леонида. В его кабинете тоже, но комната в приоритете.
– Окей. Как нам сделать так, чтобы я пробралась в его комнату? Я могла бы проникнуть туда, пока он работает.
– Там всегда кто-то есть: горничная или кто-то из ребят. – Роман переносит вес с больной ноги и прислоняется бедром к стойке. – Мне нужно об этом подумать.
– Что, если я не справлюсь?
– Справишься. – Он протягивает ко мне руку, как будто собирается дотронуться до моего лица, но затем передумывает и отворачивается. – Ты рассказала родителям, что мы поженились?
Меня передергивает.
– Пока нет. А надо?
– Да.
– Черт. Мама меня убьет. Она всегда говорила о том, как хочет организовать огромную свадьбу, встреть я кого-то достаточно сумасшедшего, чтобы на мне жениться. Может быть, я просто отправлю ей сообщение?
В челюсти Романа дергается мышца, и он наклоняется ко мне так, что наши носы почти соприкасаются.
– Ты не можешь объявить маме о том, что вышла замуж, в сообщении, Нина. Ты позвонишь ей и пригласишь ее и своего отца прийти на ужин.
– Сюда? – Я хлопаю глазами. – Я не могу пригласить их прийти сюда. Когда моя мама увидит всех ребят с оружием, она подумает, что я вышла замуж за мафию!
Брови Романа почти касаются линии его волос.
– И твоя мать будет права.
– Да, но не можем ли мы опустить эту маленькую деталь? Она была вне себя, когда увидела мой пирсинг в носу. Моя мать чрезвычайно консервативна: даже гладит полотенца. Я не знаю, как она отреагирует на то, что я вышла замуж за криминального авторитета.
Он смеется и мотает головой:
– Мы поведем их в ресторан.
Мне не нравится мать Нины.
Как и ожидалось, она приходит в шок, когда Нина говорит ей, что так неожиданно вышла замуж, да еще и за человека, с которым они незнакомы. Однако, судя по взглядам, которые она бросает в моем направлении на протяжении всего ужина, она больше обеспокоена тем, что я в инвалидном кресле, чем фактом того, что ее дочь вышла замуж за незнакомца.
– Нина, ты беременна? – спрашивает она невзначай, пока по кусочку ест торт.
Рядом со мной Нина поперхнулась вином.
– Господи, мама, – говорит она, когда приходит в себя. – Конечно нет. Мы познакомились неделю назад.
– Но мы над этим работаем, – вставляю я и беру Нину за руку. – Не так ли, любимая?
Нина смотрит на меня, хлопая глазами, затем улыбается и наклоняется, чтобы поцеловать.
– Конечно.
Отец Нины сидит на другой стороне стола и почти не разговаривает. Он все время избегает моего взгляда. Когда же он смотрит на меня, то быстро отводит глаза в сторону и прячет дрожащие руки под стол. Мне Сэмюэль Грей тоже не нравится, и это никак не связано с тем, что он украл мои деньги. Он очень хорошо знает, кто я, и все же позволил своей дочери выйти за меня, чтобы спасти свою задницу. Какое жалкое оправдание для человека!
На столе звонит мой телефон, высвечивается имя Павла. Сейчас шесть вечера, и клубы еще не открылись, поэтому это не может быть связано с клубным бизнесом. Я беру трубку.
– Пахан. У нас проблема.
Ну конечно.
– Я слушаю.
– Здесь украинцы. Шевченко хочет пересмотреть условия.
– Скажи ему связаться с Сергеем. Он за это отвечает.
– Они уже встречались сегодня, и Шевченко говорит, что больше не собирается вести с ним переговоры, – на другом конце линии ненадолго замолкают, затем Павел продолжает: – Сергей пытался отрезать ему руку.
– Чудесно. – Я сжимаю пальцами переносицу и вздыхаю. – Где ты? В «Урале»?
– Да.
– Буду там через двадцать минут.
Я кладу телефон в карман и поворачиваюсь к Нине.
– Мне нужно уехать. Дмитрий останется и отвезет тебя обратно, когда вы закончите.
– Все хорошо? – спрашивает она.
– Да, – киваю я и целую ее, затем, видя, как ее мать на нас смотрит, добавляю: – Надень что-нибудь сексуальное и жди меня. Я скоро вернусь.
Я взглядом следую за Романом, когда он направляется в кресле к выходу, где у стены стоит Дмитрий. Они тихо переговариваются, и Роман уезжает. Что-то случилось? Их голоса казались серьезными.
– Ты уверена, что поступила правильно, Нина? – спрашивает моя мать.
Я поворачиваюсь к ней:
– Что ты имеешь в виду?
– Выйти замуж за этого человека спустя всего два дня. – Она смотрит на меня со смесью отчаяния и раздражения. – То есть мне не стоит удивляться, ты всегда поступала по-своему. Но все же.
Я закатываю глаза.
– У этого мужчины есть имя. И мы без ума друг от друга. Зачем ждать?
– Я понимаю, почему ты влюбилась в него. Он старше, богат, опытен. Чрезвычайно красив.
– Ну вот, – улыбаюсь я и откидываюсь на спинку стула. – Твоя мечта наконец сбылась. Я думала, ты очень обрадуешься.
– Он в инвалидном кресле, Нина.
– Зара! – громко шепчет мой отец с другой стороны стола и бросает взгляд на Дмитрия, стоящего у двери. – Замолчи!
