Да и с чего бы мне знать, где носит её Маркушу. Я просто не в силах удержаться и, прежде чем ответить, заглядываю под шезлонг, на котором сейчас и располагаюсь.
— Нету, — восклицаю нарочито испуганно, и Ангелина начинает смеяться.
— Девчонки, ныряйте к нам! — горланит совершенно нетрезвая Вася и закрепляет свой призыв молодецким свистом. Львовна едва заметно морщится. Понятно, что ей не нравится такое панибратство, но раз уж самый главный дал добро, приходится цеплять на лицо кислую улыбку.
— А мальчишкам можно? — игриво спрашивает адвокат. К слову, мальчику уже явно за сорок.
— Только без трусов! — радостно отзывается Вася.
Ох, завтра ей будет стыдно. Василиса выпивает очень редко, но уж если веселится — прячьтесь все унылые. Я ловлю на себе папин обеспокоенный взгляд, но он, видимо, вспоминает, что я уже не маленькая и возвращает внимание своим собеседникам. Но Пётр уже не с ними. Он торопливо сбрасывает одежду и с победным кличем ныряет к пьяным шалуньям. Вася визжит, как девчонка, и спустя минуту обнимает за шею Петра. Кажется, они даже целуются. Жесть! Мне и смешно, и неловко. Эх, жаль, здесь нет Коти — с ней на подобное непотребство было бы весело смотреть. А вот Ангелина, кажется, сама в шоке и выдавливать улыбку больше не может.
— Во старпёры жгут! — звучит над головой голос Марка. Нашлась пропажа.
Только что я сама об этом думала, но из чувства противоречия мне хочется возразить Львовичу. Однако Ангелина меня опережает:
— Просто люди умеют расслабляться. Молодцы.
Она сама-то верит в то, что говорит? Судя по тону — нет. Или я слишком подозрительная, или эти двое ведут какую-то игру. Впрочем, я всех новых подружек папы подозревала в неискренности, поэтому вряд ли могу быть объективной. Лучше стану по возможности игнорировать эту парочку.
Только кто бы мне позволил! Маркуша, похоже, решил меня всерьёз обаять и так плотно присел на уши, что я сама не заметила, как оказалась втянута в диалог. Львович, гад, оказался очень интересным — прямо всезнайка. И о высоком искусстве поговорили, что бы я в нём понимала… И в кинематограф, и в литературу окунулись. Даже астрономию затронули. И вкусы у нас, на удивление, во многом совпадали.
Не сошлись мы только в музыке. Маргаритович, оказывается, предпочитает классику — брешет, наверное. Нет, ну «Лунная соната» мне нравится… А ничего другого я сейчас не вспомнила. Мы, Баевы, какие-то не слишком музыкальные. Зато я танцевать люблю! Это я с дуру ума и ляпнула после третьего фужера шампанского. И быть бы танцам под луной… Но я объелась шашлыком.
Марк проводил меня в дом, целовал руки и шептал, какие у меня тонкие нежные пальчики. Мне было… любопытно и чуть-чуть приятно. А потом он прижал меня к лестничным перилам и, тяжело дыша, зашептал на ухо… Ничего неприличного — какая я вкусно пахнущая и нежная. Я прислушивалась, закатив к потолку глаза и ждала каких-то новых ощущений. Но, внезапно ощутив его твёрдое возбуждение, сразу протрезвела и заторопилась спать. Не для Пальца моя роза цвела!
Не спится. Какие же они разные — мужчины. Сегодня уже второй назвал меня нежной. Но всё не тот… Наверное, это закон подлости… Или закон бумеранга. Но сейчас, когда я вижу в Ромке взрослого самодостаточного парня, мне уже не кажется, что я заслужила такое отношение. Он ведь справился, он же сильный! А я… нежная… Как беленький подснежник. Эх, жаль, что Ромка об этом не знает…
День не задался с самого утра. Я никогда не интересуюсь гороскопами, но сегодня во время завтрака растопырила глаза и уши — и услышала!
Вот пока я это всё не услышала, я не была ранимой. Да я была уже на коротком старте и заряжена позитивом. А тут — на тебе — и обида, и ссора, и планы набекрень. И как мне теперь быть?!
На работе весь день всё из рук валится, и от этого я ещё сильнее волнуюсь, а от волнения руки вообще, как не мои. И дело не в гороскопе, просто я очень боюсь встречаться с Ромкой, а дурацкое предсказание лишь добавило нервозности. А ещё Котя позвонила и предложила сходить вечером в клуб. Там сегодня собираются наши бывшие одноклассники и, конечно, я была бы рада их увидеть. Обязательно надо было меня дразнить? Она ведь знает, что у меня Ромка. Да и с Катюхиным пузом — какой ей клуб? Коза блудливая!
— Паш, а можно я сегодня на часик пораньше уйду?
— Шла бы ты, Ева, лучше сейчас, иначе мы за посуду не расплатимся, — откликнулся добрый напарник. — Ты сегодня просто ходячая катастрофа.
Ну, прям уж! И разбила я только одну чашку… Но спорить не стала — ни к чему раздувать катастрофу.
