Сегодняшний гардероб, следуя Ромкиным рекомендациям, я продумала и приготовилась, как в поход, — джинсы, кроссовки и футболка с длинными рукавами. Ничего страшного — пусть увидит меня разной. А в узких джинсах мне тоже очень хорошо. Я даже курточку прихватила в небольшом рюкзачке. Зато не замёрзну и смогу просидеть хоть до ночи в этом холодильнике. А если повезёт, то и Ромка разглядит мою нежность.
Ромки на месте нет. Я и дверь подёргала, и постучала — тишина. А я ведь не рано приехала, даже погуляла немного, чтобы время убить. Может, он был и уже уехал? Я даже думать не хочу о том, что он мог так поступить.
Я в отчаянии влупила по железной двери, едва не отбив кулак, и замерла на месте… За моей спиной урчал мотор. Как сытый крупный зверь.
— Что, не открывают? — насмешливый голос царапает дребезжащие нервы.
Какой же дурой я сейчас выгляжу!
Медленно поворачиваюсь спиной к двери. Ромка, модный и стильный, с интересом разглядывает мой красный рюкзачок. Сегодня он явно не настроен на грязную работу…
— Ты… — слова застряли в горле и мне очень сложно одновременно контролировать и голос, и мимику. — Рома, ты куда-то собираешься? Ты же не на работу приехал…
— За тобой приехал, мы ведь договаривались, — он взглянул на часы. Ох, даже часы! — Просто планы изменились. Преподобный Анатолий — ты ведь его помнишь? — сегодня в кабаке за днюху проставляется. Ждут только нас.
Я опускаю глаза, осматривая своё походное обмундирование. Он ведь не мог специально не сказать мне о приглашении?
— Ром, ты ведь знал вчера о дне рождения?
— Знал, конечно, — он даже не пытается отрицать.
— Но ты же видишь, как я одета… — мне настолько обидно, что на справедливую злость не хватает сил.
— Надеюсь, там на входе не очень жёсткий фейсконтроль, — Ромка гостеприимно распахивает пассажирскую дверцу. — Прошу, Евлалия!
Может, он надеется, что я откажусь? На это и был расчёт? Но я не даю себе времени на раздумья и решительно направляюсь к автомобилю. Ну, что же — днюха так днюха. Будет любопытно если дочь Тимура Баева не пройдёт фейсконтроль.
— А где вечеринка? — я плюхаюсь на низкое пассажирское сиденье и даже пытаюсь улыбнуться.
Но дверь резко захлопывается, затыкая мой вопрос. Это мне вместо ответа. Или Ромка не услышал меня? Он обходит авто и садится за руль, даже не глядя в мою сторону. Я ему не просто в тягость — это похоже на презрение. Я справлюсь… Правда, в эту минуту я совсем забываю, ради чего… Справлюсь ли?
Едем молча. Под музыку было бы намного проще, а сейчас напряжение аж звенит в воздухе. Но я не могу вымолвить ни слова. В груди мелко дрожит обида, сдавливает горло и каждую секунду грозит выплеснуться солёным потоком. Это моя слабость. Я ведь сегодня ранимая и обидчивая… по гороскопу. Надо заставить себя разозлиться, но ничего не выходит. Мне по-прежнему хочется плакать…
«Злобный тролль»! Так вот где отец Анатолий отмечает свой личный праздник — батюшка любит погорячее! Я здесь впервые, но слышала, что у заведения не слишком хорошая репутация. Хотя, что я знаю о ночных клубах? Да и когда мне было в них тусить, если столицу я покинула, будучи пятнадцатилетней девочкой? Но когда-нибудь надо же начинать. Если, конечно, удастся миновать охрану у входа. Я сжала в руках водительское удостоверение и всерьёз настроилась на сопротивление. С такой яростью гипнотизирую охранника, что тот даже крякнуть не посмел. Но на самом деле я знаю, что у ребят хорошо намётан глаз на бренды, коих на мне достаточно, несмотря на невзрачность одежды.
— Евлалия! Ты же моя сладкая пироженка! Ну хоть ты разбавила нашу суровую мужскую компанию, — обрадовался Анатолий и расцеловал меня в обе щеки. — Какая же ты красавица!
Врёт и глазом не моргнёт. Только что я видела себя в ростовом зеркале в фойе. Хотелось бы верить, что кривое зеркало там висит специально для посетительниц с лишним весом, потому что в этой тёмно-синей футболочке моё отражение выглядит измождённым голодом. Дома это не смотрелось настолько печально. Да и из косметики на моём лице — только прозрачный блеск на губах. Но я улыбаюсь и делаю вид, что верю имениннику.
— С днём рождения, Анатолий. Простите, я только что узнала…
— Спасибо, солнышко! Да я и сам только что узнал… В смысле, что буду праздновать здесь. У меня ведь день рождения уже прошёл и приём подарков закончен, а сегодня это так… отголоски большой пьянки. Кстати, знакомься, Евочка…
Анатолий представляет мне сидящих за столиком мужчин — Дмитрия и Вячеслава. Оба скользят по мне незаинтересованными взглядами, натягивают фальшивые улыбки и приветствуют вежливо и равнодушно. Кажется, кроме Толика, здесь никто мне не рад.
— Очень приятно, — я тоже вру, потому что уже не помню, кто есть кто из этих новых знакомых, а скоро и имена забуду.
