— Григорий, — великан протянул мне огромную ладонь для рукопожатия, как только я сделал шаг в его сторону.
— Роман. — Глядя в глаза Григорию, я отчего-то уже знал, что Лялька дома.
— Я забрал Еву из Битцевского парка. Ей было очень страшно. Роман, Ева хорошая девочка и… она совершенно беззащитна из-за любви к тебе.
Франкенштейн мчит по ночной столице, приближая меня к вожделенной работе, где я смогу, наконец, забыться и заглушить чувство вины. Как ни удивительно, спокойный и укоризненный голос странного парня Григория оказался гораздо убедительнее своеобразной проповеди отца Анатолия. Парень бесил неимоверно, но на мой грубый совет оставить нравоучения для потомков даже не оскорбился и упрямо продолжил тестировать меня на наличие совести и сострадания к ближнему.
Да не нужна была мне эта навязчивая пигалица в кругу моих ближних! Не ждал я её! Не хотел!..
До появления Ляльки в моей понятной и размеренной жизни оставалось ничтожно мало места для переживаний и сомнений, и совесть меня тревожила нечасто и лишь по одной причине. Но моё неоднозначное отношение к церкви до сих пор успешно нивелировали преподобные отцы и братья.
Лялька же стала настоящим испытанием меня на прочность и стрессоустойчивость. И если встречу с этой девчонкой я ещё смог пережить относительно безболезненно, то к такому дерзкому штурму с её стороны оказался просто не готов. Невыносимая шантажистка… Всю душу вывернула наизнанку!
Не виновна… Я потратил несколько лет, искренне убеждая себя в этом! Впрочем, я всегда это понимал. Смирился. Отпустил. Так зачем она мне сейчас?! Я что, наказан ею? Ради чего я должен терпеть её присутствие и продолжать себя убеждать в её невиновности? Преподобный Кирилл назвал бы это испытанием божьим. Вот поэтому он в храме, а мне там не место. Не справляюсь я с испытанием шефа!..
Хорошая… Возможно, даже лучшая!.. Живая, своенравная, дерзкая и… нежная. Но не для меня! Хорошая девочка заслуживает хорошего мальчика. И пусть моей Ляльке достанется самый лучший!.. Но это точно не я.
Несправедлив… Согласен! А ещё бесцеремонен и жесток! Да — я, как грязное вероломное животное, растоптал этот юный и чистый… Ну, надо же — Подснежник! Гриша, чтоб его… Придурок романтичный. Хотелось и зубы пересчитать… И благословить на опыление уникального цветка.
Беззащитна из-за любви… Мне просто было нечем на это ответить. Не понимаю… Толян как-то назвал меня бездушной скотиной. Я не согласен. Со мной было… Влюблялся пару раз… в школе. Помню, что переживал… Однажды даже на стихи пробило. Но это прошло. Я люблю Янку — как друга, как партнёршу, как… как человека.
Я помню, как любил Ляльку… Как малышку… Сестрёнку… Как мою преданную фанатку. Хотел оберегать, защищать… Но сам я не был беззащитен. Таким я ощущал себя лишь после маминой смерти. И беззащитным меня делала не любовь — горе…
И сегодня я почувствовал что-то похожее. Беспомощность. И любовь тут снова ни при чём. Это страх. Отвратительный, холодящий душу страх за девочку, которой сделал больно. За Ляльку, которая меня… почему-то любит. И поэтому беззащитна…
Пожимая на прощание крепкую ладонь Григория, я был благодарен ему. Это он, а не я, примчался на помощь Ляльке и смог её защитить. Чудны дела твои, Господи! Она любит меня, а защиту ищет у него. За что же эта бесшабашная девчонка меня любит? Ведь она даже сбежала от меня… В лес. Похоже, там гораздо безопаснее, чем рядом со мной. А с Григорием оказалось совсем безопасно. И надёжно. Откуда этот Илья Муромец вообще взялся? Впрочем, хорошо, что взялся. Надеюсь, парень сможет её отвлечь.
Отвлечь и развлечь… Мыслительный процесс идёт со скрипом. Или это скрипят мои зубы… А на соседнем сиденье, как молчаливый укор, лежит Лялькин красный рюкзачок. Почему-то я не отдал его Григорию. Нет — не забыл. В противовес моему нежеланию встречаться с этой девочкой, я решил отдать находку лично в руки хозяйке. Идиот!
Двухэтажное серое здание Центра судебной экспертизы не выглядит презентабельным, а в ночи — так и вовсе зловещим.
