Жалованье этим провинциальным чиновникам платил не царь, а народ, которым они управляли. Вознаграждение было достаточно большим, чтобы обеспечить сатрапов дворцами, гаремами и обширными охотничьими парками, которым персы дали историческое название «рай». Кроме того, каждая сатрапия должна была ежегодно посылать царю определенную сумму денег и товаров в виде налогов. Индия отправила 4680 талантов, Ассирия и Вавилония — 1000, Египет — 700, четыре сатрапии Малой Азии — 1760 и т. д., что в общей сложности составило около 14 560 талантов — по разным оценкам, от 160 000 000 до 218 000 000 долларов в год. Кроме того, от каждой провинции ожидалось, что она будет способствовать удовлетворению потребностей царя в товарах и припасах: Египет должен был ежегодно поставлять кукурузу для 120 000 человек; медяне предоставляли 100 000 овец, армяне — 30 000 жеребят, вавилоняне — пятьсот молодых евнухов. Другие источники богатства настолько увеличили центральный доход, что когда Александр захватил персидские столицы после ста пятидесяти лет персидской расточительности, после ста дорогостоящих восстаний и войн, и после того, как Дарий III унес с собой 8000 талантов во время своего бегства, он нашел 180 000 талантов в царских сокровищницах — около 2 700 000 000 долларов.51
Несмотря на столь высокую плату за свои услуги, Персидская империя стала самым успешным экспериментом в области имперского правления, который средиземноморский мир знал до прихода Рима, которому было суждено унаследовать большую часть политической структуры и административных форм более ранней империи. Жестокость и расточительность поздних монархов, временами варварство законов и тяжелое бремя налогов уравновешивались, как и подобает человеческим правительствам, порядком и миром, благодаря которым провинции богатели, несмотря на эти поборы, и свободой, которую только самые просвещенные империи предоставляли подвластным государствам. Каждый регион сохранял свой язык, законы, обычаи, нравы, религию, чеканку монет, а иногда и родную династию королей. Многие народы-притоки, такие как Вавилония, Финикия и Палестина, были вполне удовлетворены таким положением дел и подозревали, что их собственные генералы и сборщики налогов пощипали бы их еще более свирепо. При Дарии I Персидская империя стала достижением в политической организации; только Траян, Адриан и Антонины сравнялись с ней.
Персидская легенда рассказывает о том, как за много сотен лет до рождения Христа в Айрьяна-ваэхо, древнем «доме ариев», появился великий пророк. Его народ назвал его Заратустрой, но греки, которые никогда не могли терпеливо переносить орфографию «варваров», назвали его Зороастром. Его зачатие было божественным: ангел-хранитель вошел в растение хаома и вместе с его соком перешел в тело жреца, когда тот приносил божественную жертву; в то же время луч небесной славы вошел в лоно девы из знатного рода. Жрец обвенчался со служанкой, заключенный ангел смешался с заключенным лучом, и Заратустра стал существовать.53 Он громко смеялся в день своего рождения, и злые духи, которые собираются вокруг каждой жизни, бежали от него в беспорядке и ужасе.54 Из великой любви к мудрости и праведности он удалился от общества людей и решил жить в горной пустыне, питаясь сыром и плодами земли. Дьявол искушал его, но безрезультатно. Его грудь пронзили мечом, а внутренности наполнили расплавленным свинцом; он не жаловался, но крепко держался за свою веру в Ахура-Мазду — Господа Света — как верховного бога. Ахура-Мазда явился ему и дал в руки Авесту, или Книгу Знания и Мудрости, и велел проповедовать ее человечеству. Долгое время весь мир высмеивал и преследовал его, но наконец высокий принц Ирана — Виштаспа или Гистаспес — с радостью выслушал его и пообещал распространить новую веру среди своего народа. Так родилась зороастрийская религия. Сам Заратустра дожил до глубокой старости, был уничтожен вспышкой молнии и вознесся на небо.55
