Мы не можем сказать, насколько правдива его история; возможно, ее открыл некий Иосия. Греки приняли его как исторический и почитали его древность за 5500 лет до их времени;56 Беросус Вавилонский отнес его к 2000 г. до н. э;57 Современные историки, когда верят в его существование, относят его к любому веку между десятым и шестым до Рождества Христова.*58 Когда он появился среди предков медов и персов, то застал свой народ поклоняющимся животным,59 предкам,60 земле и солнцу, в религии, имеющей много элементов и божеств, общих с индусами ведийской эпохи. Главными божествами этой дозороастрийской веры были Митра, бог солнца, Анаита, богиня плодородия и земли, и Хаома, бог-бык, который, умирая, воскрес и дал человечеству свою кровь в качестве напитка, дарующего бессмертие; ему ранние иранцы поклонялись, выпивая пьянящий сок травы хаомы, найденной на их горных склонах.61 Заратустра был потрясен этими примитивными божествами и дионисийским ритуалом; он восстал против «волхвов» или жрецов, которые молились и приносили им жертвы; и со всей храбростью своих современников Амоса и Исайи он объявил миру единого Бога — Ахура-Мазду, Господа Света и Неба, для которого все остальные боги были лишь проявлениями и качествами. Возможно, Дарий I, принявший новую доктрину, увидел в ней веру, которая одновременно вдохновит его народ и укрепит его правительство. С момента своего воцарения он объявил войну старым культам и магийскому жречеству и сделал зороастризм государственной религией.
Библией новой веры стало собрание книг, в которых ученики Мастера собрали его изречения и молитвы. Поздние последователи называли эти книги Авестой; по ошибке одного современного ученого они известны западному миру как Зенд-Авеста.† Современный неперсидский читатель с ужасом обнаружит, что сохранившиеся тома, хотя и намного короче нашей Библии, являются лишь малой толикой откровения, данного Заратустре его богом.‡ То, что осталось, для иностранного и провинциального наблюдателя представляет собой путаную массу молитв, песен, легенд, предписаний, ритуалов и морали, время от времени скрашиваемых благородным языком, пылкой преданностью, этической возвышенностью или лирическим благочестием. Как и наш Ветхий Завет, это весьма эклектичная композиция. Студент то тут, то там обнаруживает богов, идеи, иногда сами слова и фразы Риг-веды — до такой степени, что некоторые индийские ученые считают, что Авеста была вдохновлена не Ахура-Маздой, а Ведами.65 В других случаях встречаются отрывки древневавилонского происхождения, такие как сотворение мира в шесть периодов (небеса, воды, земля, растения, животные, человек), происхождение всех людей от двух первородителей, создание земного рая,66 недовольство Творца своим творением и его решение уничтожить все, кроме остатка, потопом.67 Но и специфически иранских элементов достаточно, чтобы охарактеризовать все в целом: мир мыслится в дуалистических терминах как сцена конфликта, длящегося двенадцать тысяч лет, между богом Ахура-Маздой и дьяволом Ахриманом; чистота и честность — величайшие из добродетелей, которые приведут к вечной жизни; мертвых нельзя хоронить или сжигать, как у непристойных греков или индусов, а нужно бросать собакам или хищным птицам.68
Богом Заратустры был прежде всего сам «весь круг небес». Ахура-Мазда «одевается в твердый свод небосвода как в одежду;… его тело — свет и владычная слава; солнце и луна — его глаза». В более поздние времена, когда религия перешла от пророков к политикам, великое божество изображалось в виде гигантского царя, обладающего внушительным величием. Как создателю и правителю мира ему помогал легион меньших божеств, первоначально изображавшихся как формы и силы природы — огонь и вода, солнце и луна, ветер и дождь; но достижением Заратустры было то, что он представлял своего бога как верховного над всем сущим, в терминах столь же благородных, как и в Книге Иова:
Об этом я прошу тебя, скажи мне правду, о Ахура-Мазда: Кто определил пути солнц и звезд, по чьей воле растет и убывает луна?. Кто снизу поддерживал землю и небосвод от падения, кто поддерживал воды и растения, кто связывал быстроту с ветрами и облаками, кто, Ахура-Мазда, призвал Добрый Разум?69
