Так называемый «второй Модерн» — это на самом деле не нечто самостоятельное, а продукт разложения «первого Модерна» («второго Модерна», как и «не первой свежести» не бывает), так же как новые левые — продукт разложения левого движения, а неомарксизм — марксизма. Люди «второго Модерна» — это объективно люди второго цивилизационного сорта, то, что англосаксы называют
Именно тех, кого смачно приложил норвежец, элиты и бросили против «людей первого Модерна» — на рабочих и «мидлов», с помощью социального мусора «первого Модерна» и был совершён неолиберальный поворот. Ясно, что в перспективе всей этой социальной шушере «второго Модерна» никакой Модерн и вообще ничего не светит, им уготована помойка истории, в лучшем случае зона прекариата в постмодерне, демонтаж демократических институтов. Люди «второго Модерна», которых прикормленные социологи объявили новыми революционерами в противовес «устаревшим старым», — ударная сила той самой «раздемократизации Запада», о необходимости которой столько говорили авторы написанного в 1975 г. по заказу Трёхсторонней комиссии доклада «Кризис демократии».
«ЗАВТРА». Ну и, конечно, новые задачи потребовали новых социально-психологических технологий.
А. ФУРСОВ. Именно на рубеже 1960-1970-х гг. в США всерьёз начались разработки методов и техник контроля над поведением человека. Это, например, телеметрические опыты Р. Стюарта Маккея; неслучайно именно в 1960-1970-е гг. были предсказаны многие из сегодняшних контролирующих практик. Достаточно вспомнить книги «Год 2000» (1967) директора Гудзоновского института предсказания будущего Германа Кана (кстати, он послужил прототипом доктора Стрен-джлава в знаменитом фильме Стэнли Кубрика) и «Автономная технология» (1977) политолога Лэнгдона Винера. Уже тогда, полсотни лет назад, у многих в США возникло чувство тревоги по поводу распространения в обществе психотехник контроля над поведением и подавления свободы воли. Речь, помимо прочего, шла и о цэрэушном проекте МК-Ультра, в котором неафишируемую, но значительную роль играли вывезенные американцами в 1945–1946 гг. немецкие психологи и психиатры (около 900 человек, среди них было немало нацистов, ставивших опыты в концлагерях).
Дело дошло до того, что в 1971 г., реагируя на тревожные настроения в обществе, сенатский подкомитет по конституционным правам с участием весьма известных лиц (Сэм Эрвин, Эдвард Кеннеди, Роберт Бирд и др.) начал многолетнее расследование программ, направленных на предсказание, контроль и модификацию человеческого поведения. Эти сенаторы и подумать не могли, с чем столкнутся их соотечественники в XXI в., а ведь идейное обоснование этого «с чем» появилось в том же 1971 г. Знаменитый психолог-бихевиорист Беррес Скиннер опубликовал книгу «За пределами свободы и достоинства». Критики сразу же окрестили её «К рабству и унижению», поскольку речь в ней ни много ни мало шла о необходимости отказа от ряда ценностей, в частности от свободы, приватности (привет цифровизаторам будущего). Кстати, в 1971 г. и Шваб выпустил книгу «Управление современным предприятием в машиностроении», где впервые поднял тему стейкхолдерского капитализма, а самих стейкхолдеров определил как «вторичных участников огромного коммерческого проекта».
В начале 1970-х гг. все эти события (первый доклад Римскому клубу, книги известного психолога Скиннера и никому неизвестного тогда Шваба) не то чтобы прошли незамеченными, но никто не увидел в них те злые семена, из которых вырастут «цветы зла» начала XXI в.
«ЗАВТРА». Есть ли точная дата, когда распустились «ядовитые цветочки»?
А. ФУРСОВ. Все даты такого рода условны. Зубофф моментом рождения НК считает не 11 сентября 2001 г., а 9 августа 2011 г. В этот день произошли три события, на первый взгляд совершенно не связанные между собой, но сложившиеся в пазл: