— А купить пиццу и разогреть в микроволновке? — о, Грелля приводит те же доводы, что и мне. Интересно, а в этом я угадала?..
— И сколько ты продержишься на пиццах? — ответил вопросом на вопрос Мэтт. — А готовые обеды покупать — хоть и вариант, но ненадолго.
— Почему? — удивилась Юля. — Дорого?
— Это недешево, — пожал плечами Дживас. — Но ты учти, что готовые обеды делаются стандартно. То есть ты не сможешь съесть то, что тебе хочется. Придется довольствоваться «тем, что дают».
— Но ведь обеды разные бывают… — протянула Юля.
— Да, но что, если ты хочешь съесть часть из одного обеда и часть из другого? Очень мало мест где, можно на заказ готовый обед купить.
Бвахаха! Ура! Я таки угадала! А вот Юля закатила глаза, подняла лапки и выдала:
— Сдаюсь! Себастьянчик, ты угадал. Твоя победа.
— Один-ноль, — подняв указательный палец, изрекла я, и мы с подругой рассмеялись.
Мэтт хмыкнул, Мэлло удивленно на меня воззрился, L пофигистично допивал чай, а Ниар делал вид, что его тут вообще нет. Точнее, что нет тут нас, а он — принц мира. Бейонд задумался о чем-то своем, о маньячном, и смотрел в пол, а Кира вертел в руках черную чашку с белым черепом и надписью «Вас всех это ждет». Добрая я, ага. Купила Кире кружку «с намеком»… Как, впрочем, и всем остальным. У L на кружке был нарисован медвежонок с бочонком меда и надписью: «Хочешь сладенького? А я тебе не дам…» Ниар пил чай из посудины, на которой был нарисован принц на троне, а под ним надпись: «Падайте ниц предо мной, холопы!» Мэлло обзавелся чашкой с шипящим котенком и строкой: «Я тигРРР!» Майл — кружкой а-ля «Матрица»: черной, с зелеными значками, среди которых можно обнаружить надпись: «Комп съел мой мозг». Над Бейондом я тоже прикололась: на его чашке красовалась летучая мышь-вампир, висевшая вниз головой, милая такая, мультяшная, держащая в лапках спицы и вяжущая шарфик, и надпись: «Видите, какая я добрая?» И это при том, что у нее был довольно-таки хищный оскал…
Взбив гоголь-моголь, я разлила сладость по чашкам и одарила одной из них подругу.
— А остальным? — вскинул бровь Рюзаки, явно под «остальными» имевший в виду себя.
— А вы вареные яйца ели, — отмахнулась я от детектива, но тот уставился на мою чашку в упор, и я поняла, что если не сделаю порцию и ему, он меня просто возненавидит…
— Да на, вымогатель! — возмущенно воскликнула я и подвинула Рюзаки нетронутую мной чашку.
— Ох, Себастьянчик, — закатила глаза Юля, — ты никогда не могла устоять, если на тебя какая животинка просительно смотрела!
— L не «животинка», — покачала головой я. — И смотрел он не на меня, а на чашку. Да и не просительно, а выжидательно.
— Ага, но в результате ты ему вкусняшку таки отдала, — фыркнула Юля. Вот: возвращается логика в мою жизнь!
— И то верно, — хмыкнула я.
На Рюзаки же наш разговор никак не повлиял — он спокойно поглощал гоголь-моголь, и, раз уж за сладенькое приходилось «платить» тем, что его называли живностью, он против не был. Главное, он остался при сладком. Остальное — мелочи жизни.
— Ладно, я пойду переоденусь, — объявила Юля, допивая гоголь-моголь. — И будет у нас двойной селфцест!
— Юля, — ого, неужто Кира голос подал? — может, обойдемся без этого?
— Почему? — опечалилась Грелля.
— Не хотелось бы видеть свою копию, ты же должна понимать?
О да, «Ками-сама Нового Мира» может быть только в единственном экземпляре, бугага!
— Ладно, — поморщилась Юля. — Тогда я косплею Грелля Сатклиффа.
Кирыч кивнул, и свеколка свалила в туман.
— Я помогу! — крикнула я и ломанулась за ней, на ходу бросив гениям: — Посуду помыть не забудьте за собой!
Мы с подругой зашли к ней в квартиру, и я облегченно вздохнула. Ура, теперь я наконец смогу поговорить с Юлей с глазу на глаз!
====== 16) Язык мой — враг мой! ======
— Все, Грелля, колись! — заявила я, падая на ее кровать. — Что у тебя тут происходит? Почему Кира ходит тише воды, ниже травы? И что с ВВ?
— Ой, сколько вопросов сразу! — рассмеялась Юлька, зарываясь с головой в шкаф в поисках косплей-костюма. Кстати, у нее в квартире царит минимализм: в спальне — двуспальная кровать у окна, компьютерный стол, шкаф; в зале — диван, журнальный столик и кресло, возле которого обитает торшер, плюс куча открытых полочек; а в спальне ее родителей — двуспальная кровать в центре, платяной шкаф и комод. Все то, что не поместилось в шкафах, надежно заныкано в рундук и кладовку. Логично и симпатично…
— А то! — ответила я подруге. — Ну давай, рассказывай! А то я вся в томлении.
