— И будешь ты томленым молоком, — прокомментировала Юля, доставая алый плащ. — Ладно, поведаю, как дело было. Мы когда в первый вечер притопали, я народу постель постелила (Кире у предков, а ВВ в зале), и Лайт свалил в душ. Я же, сделав моську кирпичом, поспешила к Бейонду — надо было поговорить с этим деятелем. Он сразу вопросил: «Что за маскарад?» — и я начала вещать о том, что глупым людям доверяют больше, чем умным, потому что думают, что дурака проще просчитать. ВВ только хмыкнул. Ну, я ему и сказала: не хочу всем говорить, что на самом деле я не такая. Он пожал плечами (он вообще не очень разговорчивый), и я попросила его обо мне не рассказывать. Он же спросил, с чего это я, в отличие от тебя, «на темной стороне силы», выражаясь нашим языком. Я пояснила, что мне близка идея Киры…
— Ты ему все рассказала? — я была в шоке. Юлька же раньше только мне рассказывала свою историю, потому что не доверяла людям. Неужели она поверила маньяку?!
— Нет, конечно! — испуганно ответила Грелля, и я облегченно выдохнула. Слава Богу, она не доверяет этому типу…
— Я ему просто сказала, что согласна с Кирой в силу своего прошлого, и потому мы с тобой «по разные стороны баррикад». Бейонд мне поверил, да я и не лгала, собственно. Ну и он спросил меня, почему же ты не притворяешься. Я ответила, что ты частично тоже притворяешься, так как ты умнее, чем хочешь казаться. Он сказал, что прекрасно это понял, но не может понять, почему ты не втираешься в доверие к остальным так же, как я. А я (прости) ответила, что ты не хочешь людей к себе подпускать. Потому что они твои враги.
Я поморщилась. Зачем было Бейонду такое говорить? Да, я не люблю людей, но и врагами их не считаю, зачем такое ляпать-то было?
— Ну пойми, я должна была пояснить, — пригорюнилась Грелля.
— Ладно, не суть, — отмахнулась я. — И что ВВ сказал на это?
— Ооо, ты сейчас в трансе будешь, — рассмеялась Грелля, вот только как-то грустно. — Он сказал, что когда встретился с тобой, ты была испуганным ребенком, но стоило лишь ему приблизиться, как ты превратилась в хищника. Он сказал, что почувствовал исходившую от тебя энергию настоящего бойца. Ну я и ляпнула: «Ясное дело, она же мастер кен-до!» У Бейонда глаза загорелись, и он пояснил, что долгое время занимался этим видом спорта, после чего спросил, сразишься ли ты с ним. Я прикинула, что это неожиданное предложение может сыграть мне на руку — ты же знаешь, я давно мечтаю тебя в спорт вернуть, — я снова поморщилась. Эх, Юля, Юля… Твою бы энергию — да в мирное русло! — Ну я и согласилась попробовать тебя уговорить. Тут выполз Лайт из душа, и я опять начала играть роль Мисы, а ВВ пошел в ванную. Кира же до часу ночи полоскал мне мозг на тему «плюсы мира без преступности», и знаешь… я ведь и правда во многом с ним согласна.
— Знаю, — грустно вздохнула я. — Мне ли не знать?
— Ну, в целом Кира просто почувствовал, что я и правда на его стороне, но…
— Но? — я нахмурилась. Что еще за «но» такое?
— Ну, понимаешь, он понял, что я умнее, чем стараюсь казаться, и прямо в лоб спросил, зачем я из себя непонятно кого строю. Я рассмеялась и сказала, что не строю ничего: я и правда такая, такой уж у меня характер. Я веселая, беззаботная и прочее, прочее. А еще люблю глупости говорить. Он фыркнул и сказал, что ему интересны мои идеи. Я ведь с ним дискутировала о его теориях на полном серьезе, и уровень знаний у меня высок… А потом заявил, что никто из остальных не должен узнать, что я умнее, чем кажусь, и я не должна с ними сближаться. Я спросила: «А как же ВВ? Он ведь тоже против L». Кира поморщился и согласился на то, что с Бейондом я общаться буду больше, чем с остальными. В результате мы легли спать, а следующим вечером, пока Лайт плескался, я поругалась с Бейондом…
— Он тебе ничего не сделал? — испуганно спросила я, вскакивая с постели. Шутка ли, скандал с маньяком!
— Нет, что ты! — рассмеялась Грелля. — Мы просто немного поругались. Он сказал, что я должна была предупредить о твоем участии в подпольных боях. Я-то ему только о спорте рассказывала.
— С какого перепугу ты ему «должна» была что-то говорить? — фыркнула я, падая на койко-место. Вот нахал! Уже претензии предъявляет!
— А с того, — хмыкнула Юлька, напяливая белую блузку, — что он и сам в подобном участвовал, — ого-го, а вот это новость! Не ожидала… — Но он сказал, что в подпольных боях нет правил, а в спорте есть, и он подумал, что ты будешь сражаться без правил, когда я заявила, что ты из «подпольщиков». Ты же сражалась как самурай. В смысле, он сказал так: «Она была воином. Настоящим воином. Самураем, обнажившим меч ради победы. Но в этом все и дело: самурай — это честь. А подпольные бои — нет».
— То есть, он от меня подлянку ждал и не дождался? — удивилась я.
