Брэнниган проводил целые дни в раздумьях и следил за выздоровлением утомленного Мерзавца, сравнивая разные статьи. Он прочитал, что Пэтси желает своему бывшему самого большого счастья в объятиях «девушки, куда более милой, чем я». Джек вытер лоб и выровнял дыхание. Он спросил у своего адвоката, есть ли возможность нанять детектива. Тип оказался очень дорогим и относительно эффективным. Он быстро нашел следы машины – в ней остались сумки с вещами, – которую бросила Корин на самом нижнем подземном этаже парковки одного из казино в Лас-Вегасе. Потом детектив выяснил, что она купила билеты для себя и детей в Лондон, а там ее следы терялись. Джек спросил, стоит ли увеличить вознаграждение детективу. Адвокат покачал головой. Оставалось только обратиться к английским властям и следить за старой доброй прессой.
Дни напролет Брэнниган читал газеты, молился и желал смерти Мерзавцу.
«Рано или поздно ветер переменится».
И все же заключенный забывал о том, что погода – дама, прежде всего, непредсказуемая, капризная и обманчивая. И вот, после всех этих эмоций и приливов жара, как-то раз после обеда к Джеку пришел его милый адвокат. Разговор стал для Брэннигана холодным душем, если не сказать ледяным.
– Английские власти проинформировали меня, что ваша жена не только купила билеты до Лондона, но и на другой день после прилета приобрела билеты до Глазго, разумеется, у другой авиакомпании.
Адвокат сделал паузу, которую Джек возненавидел.
– Уж не собираетесь ли вы сообщить мне, что они так и не прибыли в конечный пункт назначения? – с иронией спросил он.
– Вот именно, они не прибыли в Шотландию, потому что они не прилетели в Англию.
– И о чем это говорит?
– Это говорит о том, Джек, что так или иначе ваша бывшая жена и ваши дети исчезли в аэропорту. Или, что логичнее, они ушли оттуда после регистрации на рейс.
– Как объяснить тот факт, что это стало известно только сейчас? – поинтересовался узник с холодным взглядом, которым почти не управлял.
– Мистер Брэнниган, – резко ответил адвокат, кусая губу, – напоминаю вам, что это не ваша жена сидит в тюрьме.
– Прошу меня простить.
– Я стараюсь изо всех сил раздобыть информацию о свободной женщине, которая к тому же не является американкой.
– Вы думаете, что Корин осталась в Соединенных Штатах?
– Такая возможность существует. Вы понимаете, Джек, что уже поздно изменить ваше прошение о переводе в Англию?
– Разумеется. Разумеется…
– Можно надеяться, и я в это верю, что в вашей стране вам сократят срок и что…
О, Джеку было плевать на это бла-бла-бла и на адвоката, и он сосредоточился на собственных мыслях. «Пресса не может связаться с Мерзавцем. Корин не улетела». В этом он увидел подтверждение своих предположений. Зачем Мерзавцу лететь в Англию?
В тот же вечер заключенный Брэнниган забрался на свою койку. Клаус продолжил рассказ о своих известных – и неизвестных – приключениях, когда безрассудный паучок решил прогуляться по спинке койки. Джек понаблюдал за насекомым, а потом, как только оно оказалось в зоне досягаемости, с наслаждением раздавил его. Одна из длинных ножек конвульсивно дергалась несколько секунд. И тогда Джек поступил так, как его научил сосед по камере. Резким движением он прекратил эти ненужные страдания и мысленно вычеркнул еще один день в календаре, который вел к свободе.
– Здравствуйте, Кайл.
– Здравствуйте, доктор.
Кайл стоял у окна, когда услышал стук в дверь. В палату вошел врач, явно смущенный. Это чувствовалось за километр. Он для приличия сел на кровать и выждал две или три секунды, прежде чем посмотреть Кайлу в глаза.
– Полагаю, новости не слишком хорошие?
– Мне бесконечно жаль, Кайл.
– Значит… все еще хуже.
– Боюсь, что так.
Кайл остался у окна, но отвернулся, чтобы посмотреть на улицу. Уже несколько дней небо было серым, ветер как будто не мог прогнать все эти облака, и этой весне в Сан-Франциско приходилось потрудиться, чтобы вступить в свои права.
– Что в таких случаях говорят люди?
– В большинстве случаев ничего.
– Потому что они предчувствуют вердикт или просто не представляют, как такое могло случиться с ними?
– Мне ни разу не хватило смелости спросить их об этом.
– Мамочка! Мамочка! – закричал крайне встревоженный Малколм.
Он стоял посреди прохода в небольшом магазинчике перед стойкой с газетами и журналами и указывал на что-то дрожащим указательным пальцем. Корин подошла с бьющимся сердцем и прочла: «
Она схватила журнал и прочла статью в «Ньюсуик». В ней рассказывалось о последнем концерте группы в Мэдисон-сквер-гарден. Текст говорил не больше, чем фото на обложке. Кайл цеплялся за свою гитару так, словно совершенно лишился сил. На фото внизу были носилки, которые загружали в машину «скорой помощи». Корин судорожно поискала дату и выяснила, что это… апрельский номер! Она подняла глаза и увидела на стойке дюжину «Ньюсуик» и «Тайм» с разными обложками. Малколм потянул ее за рукав.
– Позвони Джейн.
– Нет.
– Мамочка! Это Кайл!
