Приглядеться.
Нет, не Эван.
Мое возбуждение быстро сменялось необъяснимым разочарованием, и тогда я сразу же принималась отчитывать себя:
Аргумент казался убедительным, но я упорно гнула свою линию.
Между тем эксперименты не ограничивались одной лишь книгой. Я проводила много свободного времени с Пирсом в его кабинете или пустых аудиториях, где мы тестировали мои способности самыми разными способами. Я прошла еще два теста на аурную память. С одним предметом – старой расческой – случился облом, я почувствовала лишь пустоту. Однако Пирс кивнул, как будто ничего другого и не ожидал. Затем мы попробовали тот же трюк с золотым медальоном. Отклик последовал почти мгновенно: в мое сознание ворвался голос женщины, она утверждала, что украшение принадлежит ей. Задав всего несколько безмолвных вопросов, я быстро открыла глаза и попыталась мысленно отключиться, ощущая сильную дрожь.
– Что случилось в этот раз? – спросил Пирс.
– На меня только что накричали.
– Кто?
– Ее звали Мэри, и она очень злилась из-за того, что ее вещь вынесли из дома.
В моем голосе громче, чем мне бы хотелось, прозвучали обвинительные нотки, как будто мы с Мэри объединились чувствами.
– Она говорила что-нибудь еще?
– Сказала, что он подарил ей медальон и она обещала никогда с ним не расставаться. Она казалась очень расстроенной… словно я пыталась украсть что-то дорогое. Этот медальон – внутри прядь его волос, – закончила я, вяло махнув рукой в сторону ткани, под которой действительно обнаружился именно этот предмет.
Пирс выглядел мрачно удовлетворенным.
– Что у вас с лицом? Я прошла тест или как?
– Ты только что подтвердила мое предположение. Из этих двух предметов только один связан с паранормальной активностью. Мэри Драйден постоянно проживала в гостинице «Драйден Инн» в Северном Вермонте, где ее хорошо помнят; медальон взят напрокат в местном историческом музее. – Пирс подхватил медальон и протянул его мне.
Я отпрянула от него.
– Фу, нет! Вы что, не слышали меня? В медальоне волосы мертвого парня!
Пирс хохотнул, но убрал вещицу и продолжил:
– Расческа найдена под половицами во время ремонта в доме моего шурина. За ним никогда не замечалось ни малейших проявлений паранормальной активности.
– Выходит, я улавливаю только предметы, принадлежавшие духам, которые все еще здесь, на земле?
– Да, похоже, так оно и есть.
– Ну, если они хотят, чтобы активность в «Драйден Инн» улеглась, я бы вернула медальон на место. – Меня снова пробил озноб.
Пирс предложил мне еще раз попытаться вступить в контакт с кем-то из призраков, помимо Эвана, но, будучи трусихой, я пока не решалась на это.
Какофония скрежета стульев возвестила об окончании лекции и тотчас вернула меня в настоящее. Я поспешила по проходу вниз, когда последние задержавшиеся студенты просочились за дверь. Пирс вытащил книгу и протянул ее мне с некоторой неохотой, что только усилило мое предвкушение. Я испытала странное облегчение, снова ощутив ее твердую форму в своих пальцах, и машинально пролистала книгу до страницы с посланием Эвана. Оно выглядело нетронутым, в точности таким, каким я его запомнила.
– Это совершенно уникальная книга, Баллард, – невозмутимо заявил Пирс.
– Я знаю. Но почему, собственно? Они что-нибудь нашли?
– Да. Ребята провели стандартный набор исследований. На книге нет иных отпечатков пальцев, кроме твоих и моих. Никаких видимых оттисков, оставленных какими-либо письменными принадлежностями, даже на микроскопическом уровне. Химический состав самого сообщения никоим образом не отличается от химического состава бумаги, на которой оно написано. И помнишь, нам показалось, что надпись выглядела так, будто ее выжгли? Так вот, не обнаружено никаких химических или иных следов горения. Физико-химический анализ показал, что этого послания не существует, – весело закончил Пирс.
Потеряв дар речи, я пробежалась пальцами по страницам своей «уникальной книги».
– И это еще не все. Измерения температуры самой книги тоже показали довольно безумную фигню. Эта книга не поглощает передаваемое тепло! – объявил он.
– И что это означает? Тепло, передаваемое от чего? – спросила я.
– От чего угодно! Ты же знаешь, что когда держишь в руках какой-нибудь предмет, он нагревается до температуры твоего тела? Так вот, ты могла бы бросить эту книгу на обогреватель и, вернувшись через час, обнаружить, что она все такая же прохладная, как если бы ее только что достали с полки.
Я попыталась сосредоточиться на ощущении книги в руке и почти сразу поняла, что он прав. Книга оставалась прохладной на ощупь даже несмотря на то, что я так крепко сжимала ее.
– Вы ожидали чего-то подобного? – спросила я.
