– О, я не знаком с этой девушкой, но, думаю, она мне уже нравится! – воскликнул он и повернулся к ожидающей команде. – Так, всё, расходимся по своим местам. Дэн, выключай свет.
Библиотека погрузилась во тьму. Я не двигалась, пока глаза не привыкли к темноте и чернота не сменилась оттенками серого, чему способствовал тусклый свет мониторов. Лучи фонариков прорезали зону видимости и заплясали, когда пары направились к назначенным местам.
– Готова, Баллард? – спросил Пирс. Его голос был вроде бы спокоен, но в нем чувствовалось скрытое волнение.
– Готова, насколько это возможно, – произнесла я так твердо, как только смогла.
Радовало то, что я оказалась в паре с ним, а не с кем-то, кого едва знала.
Мы медленно и осторожно двинулись в сторону главной лестницы. Абонементный стол выглядел особенно зловеще, когда по нему пробегали лучи фонариков. На меня неожиданно нахлынуло детское воспоминание о призраке библиотекаря из фильма «Охотники за привидениями», который я пересматривала на старой видеокассете, пока она не истерлась; мне пришлось подавить истерический смешок. К счастью, Пирс этого не заметил. Он сканировал помещение тепловизором, перемещая камеру вправо-влево по дорожке перед нами.
Мы поднимались по лестнице, опираясь на древние деревянные перила, отзывающиеся жутковатым скрипом. Теперь я понимала, как люди могут испугаться даже в зданиях, где не водятся призраки. Тени играли с нашими глазами злую шутку – меняли форму и метались в колеблющихся лучах фонариков. Я вздрагивала от любого едва слышного звука и держалась чуть позади Пирса, позволяя ему прокладывать путь.
Когда мы наконец оказались в широком выложенном плиткой коридоре на верхней лестничной площадке, Пирс остановился так резко, что я чуть не налетела на него. Он медленно просканировал все помещение справа налево с помощью тепловизора, который затем пристегнул к поясу. Следом он вытащил детектор ЭМП, аналогичный тому, что Игги опробовал на мне. Пирс повернулся и направил его на меня как на телевизор, словно хотел пультом отключить звук. На его лице медленно расплылась улыбка.
– Игги прав, ты настоящая фабрика ЭМП!
– Вы точно знаете, как польстить девушке.
– Извини, не смог удержаться, – сказал Пирс и отвернулся от меня. – Сделай одолжение, останься наверху лестницы, хорошо? Ты загрязняешь мое поле.
– Ладно, – согласилась я, стараясь не поддаваться обиде.
– И если ты, ну, понимаешь, что-нибудь почувствуешь или увидишь, просто дай мне знать, – добавил Пирс.
– Да. Кстати, для меня будет какое-то особенное задание?
Пирс обернулся.
– Просто делай то, что делала на занятиях с куклой и другими предметами, которые мы тестировали. Постарайся очистить свой разум и быть восприимчивой. И если здесь начнется какая-то активность, скорее всего, это дойдет до тебя.
Я осталась на указанном месте и пыталась очистить разум, но это давалось нелегко, когда Пирс шнырял вокруг, как вор-домушник. Гораздо интереснее было наблюдать за ним в работе, чем я и занималась. Пирс прошелся по всему периметру помещения и вернулся ко мне, сунул в карман детектор ЭМП и вздохнул.
– Пока он показывает довольно ровную картину. Почему бы нам не попробовать сеанс ФЭГ?
Я вытащила диктофон, надежно спрятанный в моем заднем кармане, и протянула Пирсу, но он отрицательно покачал головой.
– Почему бы тебе не взять инициативу на себя, Баллард? Только не забудь указать день, время, место и присутствующих членов команды, прежде чем начнешь.
– Хорошо, – неуверенно ответила я, вспоминая, как это делалось на других записях, которые мы слушали на занятиях.
Я знала, что такая процедура помогает упорядочить процесс и идентифицировать область исследования, и была уверена, что уж с этим-то справлюсь.
Я прошла на середину холла и плюхнулась на коврик. Поставив диктофон на пол перед собой, я нажала кнопку записи и увидела, как загорелся маленький красный огонек.
Я сделала глубокий вдох.
– Исследование в библиотеке Калвера, 29 марта. Место проведения – второй этаж, фойе. Исследователи – доктор Дэвид Пирс и Джессика Баллард. Время 23:07. Начинается сеанс ФЭГ. – Я взглянула на Пирса, и он одобрительно улыбнулся.
После короткой паузы я спросила:
– Как тебя зовут?
Мой голос эхом отразился от строгих деревянных панелей и сводчатого потолка. Я выдержала несколько секунд в ожидании ответа, как учил нас Пирс.
– Как давно ты здесь обитаешь?
Тишина.
Я напомнила себе, что это ожидаемо: сама природа ФЭГ подразумевала, что мы не услышим голоса, пока не прокрутим запись. И все же, продолжая эту канитель, я чувствовала себя глуповато.
– Как ты умер?
Я внимательно вслушивалась. И тут легкий холодный ветерок коснулся моего затылка. Задыхаясь, я резко повернула голову и уставилась в темноту. Я ничего не могла разглядеть.
– Баллард, что случилось? Ты что-то слышала? – прошипел Пирс.
– Нет, я… думаю, просто сквозняк.
Но ни один сквозняк не заставлял мое сердце биться в горле. Я накрыла рукой затылок, защищаясь. Волоски на загривке встали дыбом, по коже побежали мурашки.
– Тебе нужна моя помощь?
– Нет, я в порядке.
