– Нет, думаю, я бы знала, если бы меня оформили. Но вроде как нет.
– Хорошо, если так. Просто это показалось мне вероятным, вот и все.
Шлеп. Шлеп. Шлеп.
Он задел меня за живое, это точно. Я развернулась от двери, готовая схлестнуться с ним, но он по-прежнему не смотрел на меня.
– Вероятным? На основании чего ты так решил? Неужели так очевидно, что я ненормальная? С первого взгляда?
– Нет-нет, ты выглядишь вполне нормальной. Волосы немного растрепанные, но это не страшно.
Я фыркнула.
– Это что, модный совет для психушки? Твоя стрижка тоже вполне в стиле эмо, съел?
– «Эта женщина слишком щедра на уверения, по-моему»[40], – процитировал он.
–
– Извини, я просто называю вещи своими именами.
– Хорошо, тогда на чем ты основываешь свои блестящие выводы? На целых двух минутах разговора? – Я повысила голос, что было не самым разумным решением с моей стороны, но Майло это совершенно не беспокоило.
– Думаю, можно сказать, что я основываюсь на нашем разговоре, да.
Взбешенная, я отвернулась от него и сосредоточилась на плане побега.
– Что ж, спасибо за диагноз. Я постараюсь держать рот на замке в присутствии персонала, чтобы на меня не надели смирительную рубашку.
– Хорошая идея. Тех, кто со мной разговаривает, обычно накачивают лекарствами.
Шлеп. Шлеп. Тишина.
Я резко повернулась к нему. Никакого Майло. Никаких карт. Ничего. Я осмотрела комнату. Ни другой двери, ни угла, где он мог бы спрятаться.
Черт. Неужели отныне мне суждено видеть призраков повсюду? Совершенно сбитая с толку, я отложила эту мысль до лучших времен и выскользнула в теперь уже пустынный коридор.
Впрочем, очень скоро я оценила всю пользу встречи с Майло – как иначе мне было узнать, где искать Ханну? Направляясь к лестнице, я миновала еще по меньшей мере пять коридоров, которые могли бы увести меня бог знает куда. Я как раз поднималась на второй этаж, когда завибрировал мой телефон. Сообщение от Карен.
Я ответила: «
Я засунула телефон обратно в лифчик и преодолела оставшиеся ступеньки, перепрыгивая сразу через две. Мне повезло, когда я вышла в южный коридор: в поле зрения маячила только одна фигура, явно пациентка. Стараясь выглядеть так, будто я из своих и знаю, куда иду, я проследовала вдоль левой стороны, миновала, наверное, пятнадцать дверей, пока не оказалась прямо перед комнатой номер 218. Привстав на цыпочки, я заглянула в маленькое окошко в двери. Комната была пуста.
Я подергала ручку и обнаружила, что дверь не заперта – вот так удача! Бросив последний взгляд в коридор, я проскользнула внутрь и закрыла за собой дверь.
– Кто ты? – требовательно спросил чей-то голос.
Я едва сдержала крик. Я была уверена, что в комнате никого нет, но теперь заметила съежившуюся в углу девушку с вьющимися светлыми волосами.
– Ханна?
– Нет! Я не Ханна! Я Карли! Почему ты здесь? Что тебе от меня нужно?! Я уже сказала им, что не поеду! – взвизгнула она.
Я открыла рот, но тут же закрыла его. Было что-то странное в том, как ложились вокруг нее свет и тени – они будто обходили ее стороной.
Срань господня! Два призрака за пять минут!
Я старалась, чтобы мой голос звучал спокойно:
– Хорошо, Карли. Не волнуйся, я не заберу тебя. Я здесь такая же пациентка, как и ты. Ты можешь сказать мне, где Ханна?
– Нет! Я ничего тебе не скажу! Уходи! Они не заставят меня рассказать! – закричала она.
Внезапно лампочка в светильнике рядом с ней вспыхнула и взорвалась в тот же миг. С жалобным воплем Карли повернулась и поползла прочь – прямо сквозь стену.
Я вздохнула с облегчением, когда она исчезла, и огляделась вокруг. Комната, маленькая и безликая, напоминала гостиничный номер. Две односпальные кровати и два небольших письменных стола с одинаковыми стульями наводили на мысль, что она рассчитана на двоих, хотя обжитой выглядела только одна половина. Я выбрала незастеленную кровать, стоявшую дальше от окна, и примостилась на краешке. Теперь мне ничего не оставалось, кроме как ждать.
Я выискивала подсказки, которые помогли бы мне составить хоть какое-то представление о сестре. Ее часть комнаты блистала чистотой, как и у моей соседки Тиа. Кровать была застелена с маниакальной аккуратностью, подушки симметрично уложены поверх стеганого одеяла. На полке за изголовьем кровати выстроились в ряд несколько книг. Беглый взгляд подтвердил, что они расположены в алфавитном порядке, а их переплеты идеально выровнены.
На столе возвышались стопки подобранных по цвету толстых тетрадей вроде тех, в черно-белом переплете, которыми я обычно пользовалась в начальной школе. Я подошла и взяла одну из них. На обложке мелким аккуратным почерком было выведено имя: «Ханна Баллард». Когда я пролистала страницы, мне показалось, что это какой-то дневник.
