Тезария выразительно смотрит на застывших в ожидании откровения девушек и настороженных служанок. Досужие сплетницы и стервятницы навострили уши и отложили приборы. Даже арфистка прервала балладу, чтобы услышать правду.
“Подите прочь!” — хочу прикрикнуть я, но тишину прерывают далёкие мужские разговоры. Все поворачивают головы на звук шагов, доносящихся с центральной аллеи.
Кирмос Блайт лёгок на помине! Вот он появляется из-за зелёной ограды со шкатулкой в руках, останавливается, когда его спутник — король Мирасполь — наклоняется, чтобы срезать для меня душистый пион.
Как же хорош мой муж!
Ни на секунду не пожалела я о своём решении, ни на мгновение не усомнилась в правильности выбора. Мирасполь, отныне зовущийся Иверийским, стал королём не по рождению, но по призванию. По всему Квертинду слагают баллады о том, как простой мальчишка из трущоб примерил корону и очаровал королеву. Самая громкая история успеха, самая трогательная баллада, которую не сможет затмить даже грядущая тайна Тезарии. Вряд ли когда-либо в истории Квертинда появится более великая история любви, чем случилась у нас с Мирасполем.
Мечтательная улыбка трогает мои губы. Всё вышло даже лучше, чем в грёзах или старых романтических сказках. Лауна Неотразимая разрушила цепи долга и вскоре подарит жизнь крохотному принцу — новому хранителю магии времени. Возлюбленный отцом и матерью, он вырастет в заботе и строгом воспитании, чтобы однажды взойти на трон.
Такой исход радует всех.
Кроме вечно угрюмого, угловатого молодого стязателя Блайта. Не знаю, что в нём находит Мирасполь и что в нём могла полюбить Тезария. Впрочем, леди Крадзин всегда нравились плохие, жестокие и молчаливые мужчины. Должно быть, это влияние её варварской родины, где до сих пор превозносят жестокие обычаи и древние, сугубо патриархальные устои.
Вот и сейчас юный стязатель Блайт будто бы нарочно не смотрит в нашу сторону — боится до срока выдать порочную связь. Глупый, упёртый мальчишка! Неужели он думает, что сможет скрывать чувства под маской напускной суровости? Я ведь всё равно докопаюсь до истины!
Я тяжело поднимаюсь, придерживая рукой живот и опираясь на слуг. По павильону проносится взволнованный шелест — девушки поднимаются следом, придерживают юбки и поправляют причёски.
— Ваше Величество, — раздаётся женский хор.
Дамы приседают в низком реверансе, когда в павильон заходит Мирасполь в сопровождении верного стязателя.
