Я повернулась на голос и вмиг растеряла все альтруистические намерения и повелительность. Грэхам стоял рядом, совсем близко, в окружении трёх стязателей. Он улыбался. Мне захотелось схватить его за руку и утащить, как воровке, вторгшейся в запретное и наконец понявшей свою уязвимость. Что-то, быть может, воля богов, удержало меня на месте. И я улыбнулась ему в ответ — так радостно и так искренне, как никогда не позволяла себе улыбаться в обществе. О провидение! Среди череды чужих судеб, ты подарило мне личное воспоминание, сладкий сон реальности, в котором было место надежде и планам.
— Перчатки, Ваша Милость, — тут же возникла рядом Джулия. — И сумка.
Я обхватила мягкую кожу совершенно бездумно, завороженная взглядом чёрных глаз. Надела правую перчатку на левую руку и только теперь смогла справиться с собой. Обняла ридикюль и сбросила капюшон, чтобы все собравшиеся могли хорошо меня рассмотреть.
— Генерал лин де Голли, офицеры, экзарх, — официально обратилась я. — Не будете так любезны ввести меня в курс дела? Я хочу знать, чего ждать от предстоящей схватки.
— Так торопимся мы, — виновато почесал затылок генерал лин де Голли. — Военный совет с фортификаторами… Если желаете присутствовать…
— Нам удалось успеть гораздо больше, чем планировали, — прервал его скудные оправдания Грэхам и сделал шаг ближе ко мне. — По военному плану за западными воротами, на склоне холма расположится наш авангард. Отряды лёгкой конницы возвращаются с фронта. Судя по донесениям, таххарийцы не имеют в своём арсенале ничего, кроме разъярённого бешенства. Грядущая битва будет короткой, наша победа предрешена.
— Отличные новости, — я смахнула со щеки слезинку, что появилась на ветру.
И сдержала чувственный вздох, рвущийся из груди. Тепло тела Грэхама действовало на меня одурманивающе. Я даже забыла о недавнем видении и своих намерениях.
— Госпожа Ностра, ради вашей же безопасности я рекомендую вам немедленно покинуть военное расположение, — прохрипел экзарх.
Дёрнул руками, будто хотел обнять, но только сложил ладони за спиной. В наползающих сумерках лицо его казалось угловатым, грубым, с остро выступающими скулами. Захотелось дотронуться до них, но я сдержала и этот порыв.
— Вы не могли бы предоставить мне более полный отчёт, экзарх Арган? — едва слышно проговорила я. — Где-нибудь подальше от лишних глаз и ледяного ветра. — Я бегло осмотрела лагерь. Отсюда все палатки казались одинаковыми. — Вы ведь живёте отдельно от солдат?
Надуманный повод вышел слишком фальшивым. Генерал отвёл глаза, Ношден Рольди кашлянул в кулак, скрывая за этим жестом пошлый смешок. Но мне было безразлично. Слишком привлекательной казалась награда.
— Да, — коротко кивнул Грэхам. — Конечно. Идё…
— Экзарх Арган! — подбежал к нам молодой стязатель, размахивая руками. На вид ему было лет шестнадцать, не больше. — Беда, экзарх Арган! Из отряда разведки вернулся Нортин, он говорит, встретили таххарийцев в часе пути. Не всю армию, но большой отряд. Три или четыре десятка. К западу от лагеря… Там всё ещё идёт битва, — юный кровавый маг только сейчас меня заметил и запнулся. Затоптался на месте. — Простите, Ваша Милость. Беда… — извиняющейся произнес и снова обратился к экзарху: — Желаете отправить кого-то в подкрепление?
— Подними второй дозорный отряд, — по-военному отчеканил Грэхам, совершенно переменившись в лице. — К месту сражения отправится группа стязателей из моей личной охраны. Я сам поеду с ними. Через пять минут встречаемся у западных ворот. Подготовь коней.
— Да, Ваша Милость, — покорился парень и поднял чёрную маску. — Достойной дороги Толмунда!
— Достойной, стязатель, — отозвался экзарх.
Юнец сорвался с места, подгоняемый шквальным порывом. Он был преисполнен завидного рвения. Мой же душевный подъём очернили густые сумерки, опустившиеся на Данужский лес.
Глухая немота поразила меня в этот миг осознания близости войны и битвы, и я вдруг сама подалась к Грэхаму. С севера спешила грозовая туча и ветер, подхватывающий чью-то тихую песню, носился над нашими головами. Она скорбно кружила над лагерем, как недобрый вестник скорого конца.
Пять минут… Всего пять минут.
Я потянулась к любимому мужчине, надеясь, что украду у вечности хотя бы короткое мгновение нежности, последнее прикосновение, самое острое и памятное.
— Экзарх Арган! — грохнул низкий раскат вместе с громом, и я вздрогнула.
Подошли ещё двое людей в серых кителях с нашивками офицеров. По обеспокоенным лицам было понятно, что они тоже не в самом лучшем расположении духа.
— Госпожа Ностра, — отвёл меня в сторону Грэхам. — Простите, отчёт придётся отложить до прибытия в Лангсорд. У меня будут дополнительные сведения, которые, я надеюсь, вас порадуют.
— П… Подождите, — запнулась я, хватая его за руки. Они тряслись. От холода зуб на зуб не попадал. — Неужели вы… уезжаете? Как надолго? Я дождусь…
— Ни в коем случае, — строго сказал экзарх Арган, мягко, но настойчиво высвобождаюсь из моей хватки. — Вам здесь находиться опасно. Немедленно уезжайте, Ваша Милость.
