Биттернак хотел ещё что-то добавить, но прикусил язык и опустился на сидение. В своём старании он преобразился, и Йоллу понял, что новый дипломатический консул далеко не слизень. Он не намерен молча соглашаться ни с кем из присутствующих. Хорошо это было или плохо, рудвик не понял. Только едва заметно почесал животик, лу-лу.
— Я ценю то, что вы смело высказываете свои мысли и не боитесь противоречить мне, — спокойно проговорила Ванда Ностра. — Верховный Совет был создан, чтобы ограничить единоличную власть, и мне нравится, что вы с такой тщательностью следуете этим принципам. Но скажите, господин Биттернак, вы можете предложить лучшие перспективы для Квертинда? Вы сможете предоставить гарантии безопасности верноподданных и благополучия королевства на весь тот срок, что Орлеан Рутзский будет проходит испытание войной? Если вы добудете нам обещание Веллапольского княжества о ненападении, а затем будете так же отважны, как и сейчас, чтобы отправиться с миротворческой миссией в Таххарию-хан, я готова дать вам такие полномочия. Вы возглавите делегацию, как Его Милость Дилз. Да примут его сады Девейны.
Йоллу заметил, как искривились губы бледной девочки в лёгкой, незаметной усмешке. Да это же просто ловушка, лу-лу! Каким бы блестящим политиком не был господин Биттернак, Ванда Ностра явно была лучше него. Йоллу даже побаивался ледяного пламени, что теперь горело в глазах бледной девочки.
Слизень молчал, подбирая слова. Возможно, он бы их подобрал, но Ванда не собиралась долго ждать.
— Если возражений больше нет, предлагаю завершить заседание и сосредоточиться на делах, — величественным жестом взмахнула рукой Ванда Ностра.
Никто ей так и не ответил, и тогда она поднялась, придерживая полы тяжёлой бордовой мантии.
— Достопочтенные консулы, генерал, экзарх, — задрала подбородок Ванда. — Верховный Совет объявляю закрытым. Все оговоренные встречи действительны, предложения и замечания прошу направлять ко мне через секретаря.
Йоллу до того опешил, что подошёл и подал Ванде лапу — совсем как когда-то слепому Камлену. Но та в ответ только добродушно улыбнулась, покачала головой и направилась к выходу самостоятельно, безо всякой помощи.
— Верноподданные Квертинда не поддержит вашего решения, — крикнул её вслед Биттернак. Он наконец-то нашёл нужные аргументы. — Они не поймут нарушения традиций. Народ будет против!
Бледная девочка остановилась. Оглянулась через плечо и посмотрела так, будто бы она стояла не в дверях Колонного зала, а на тронном помосте.
— Это мудрый народ, Ваша Милость, — сказала она. — Он поддержит всё, что мы делаем ради его блага.
Больше не задерживаясь в Колонном зале, Ванда Ностра вышла прочь, и каблуки её туфель застучали боевым маршем.
Йоллу ринулся следом, придерживая портфель и цокая когтями по сияющему полу.
Рудвик бежал, снова бежал по коридорам Претория и думал о том, что теперь весь Верховный Совет из учёных мужей и достопочтенной леди слышал, как удаляются шаги грозной поступи нового времени Квертинда. То больше не были несмелые шаги бледной девочки, которой Йоллу когда-то носил персики на Аннийский проспект. То были шаги Великого Консула, Её Милости Ванды Ностра, легендарной предсказательницы и выдающегося политика. Поступь бледной прорицательницы Квертинда, которую в веках ещё назовут одной из величайших женщин в истории королевства.
***
