В попытке схватиться за любую соломинку, не желая сдаваться без боя, Элисон сделала то, чего хотела меньше всего — набрала номер Элиотта Мартина, своего дяди.
— Алло, — раздался в трубке скрипучий старческий голос. — Идите к черту, я ничего не покупаю!
— И тебе привет, дядя Элиотт. Это Элисон, — поморщилась женщина. — Только не говори, что удалил мой номер.
— Я бы и тебя послал, маленькая плутовка, — немного смягчился мужчина. — Но мне очень любопытно зачем ты звонишь.
— Разве я не могу просто поинтересоваться как дела у моего любимого родственника?
Сглотнув, она безвольно опустилась на резной деревянный стул и облокотилась на спинку, разговор предстоял трудный и вполне возможно безрезультатный. Еще будучи молодым, Элиотт Мартин постепенно начал покидать общество, проводя почти все свое время в стенах дома. Спустя годы он перестал не только видеться с кем бы то ни было без резкой необходимости, но и разговаривать по телефону. Точного диагноза женщина не знала, всегда предполагая, что Мартина настигло старческое слабоумие, но именно сегодня на ум ей пришло слово «
У нее ушло около получаса на относительно светский разговор, к которому она не была расположена, но все-таки сохраняла терпение в надежде на правду. Когда поток порой бессвязных слов в трубке угас, Элисон непроизвольно зажмурилась и задала волнующий ее вопрос:
— Ты не знаешь, что случилось с Ванессой и Лайлой Остелл? Почему они умерли в один день?
Мужчина молчал, и Элисон слышала, как бьется ее сердце, сливаясь с глухим тиканьем часов. Когда она уже собиралась повторить свой вопрос, мужчина сердито выкрикнул:
— Не желаю ничего знать про этих девчонок Гренхолм! Чертова кровь, передающая проклятье с молоком матери! Не смей даже напоминать мне об этом!
Судя по шуршанию в трубке Элиотт уже собирался разъединится, и Элисон, боясь потерять последнюю возможность, закричала в трубку:
— Но я тоже девчонка Гренхолм! Хочешь ты того или нет, но обязан ответить!
— Зачем ты ворошишь прошлое, девочка? — сердито спросил мужчина после очередной долгой паузы.
— Да потому что я не хочу быть как ты, Элиотт Мартин! Не хочу потерять дочь и не хочу умереть сама, — выпалила Элисон и заплакала, не в силах взять себя в руки. — Ты не слышал, что Софию Бондар убили? Из проклятых девчонок в живых остались только мы с Мелоди. И мы в Уотертоне, в нашем доме, возможно в лапах таинственного безумца, который только и ждет подходящего момента. Я пытаюсь выжить, Элиотт! И ради всего святого, ты обязан мне помочь!
— Ничего нам уже не поможет, — раздалось едва различимое бормотание в трубке.
Но после спокойный старческий голос заговорил вполне ясно, словно мольбы Элисон были услышаны. Элиотт Мартин рассказал все, что знал, и с каждым следующим словом по телу женщины пробегала новая волна мурашек. Ванессу и Лайлу Остелл, уже остывшими, принятыми в объятия вечного покоя, нашел Энзо, отец Элисон, ни разу в последствии не обмолвившийся ни словом про эту трагедию в присутствии жены и детей. На его долю выпало серьезное испытание — в одночасье остаться в двадцать лет без семьи, со страшной болью в сердце.
Его мать, Лайла, умерла от удара камнем по голове, возможно даже не успев вскрикнуть и понять, что это последние минуты ее жизни. Ванесса же напротив смотрела убийце прямо в глаза, перед тем как он пронзил ее грудь чем-то похожим на большой нож. Впервые уединенность, отдаленность поместья Гренхолм от остальной деревни сыграла с ними злую шутку — убийца так и не был найден, даже спустя время никто не понял, что случилось в тот день.
— В добавок ко всему пропал брат Лайлы, — сухо сказал Элиотт. — Не было ни тела, ни его самого. Помню, Энзо собирал жителей Уотертона, но поиски результатов не принесли.
— Ты говоришь про отца Ливии, твоей жены? — решила уточнить Элисон, сама не понимая зачем, но вздрогнула от ответа.
— Про Нолана то? Не-ет. Этот конечно тоже не сильно пережил Лайлу, но умер от разрыва сердца. Другой брат, — пытался втолковать мужчина. — Он жил с ними в поместье, как же его звали? Август? Да, точно! Август Гренхолм.
— Август Гренхолм? — удивленно повторила Элисон. — Значит у Лайлы было два брата? Ах, Элиотт, если бы вы, старшее поколение, рассказывали чуть больше о семье, возможно получилось бы остановить убийцу раньше!
— Остановить? Глупости, — хохотнул мужчина, но смех быстро сменился кашлем. — В любом случае, если ты думаешь, что убийца пришел за тобой из прошлого, то приезжай посмотреть на меня. У меня артрит, девочка, больные суставы, мысли путаются. Порой мне сложно чашку поднять, убегать от полиции человек в таком возрасте не в состоянии.
Поблагодарив дядю за все, Элисон наспех вытерла полотенцем мокрые дорожки слез на щеках и намеривалась подняться к себе, чтобы смыть косметику и снять наконец платье, но в коридоре столкнулась с Мелоди. Девушка стояла к ней спиной, обернулась на звук шагов и, хмыкнув, демонстративно заперла дверь на все засовы, сообщив матери, что день был просто отличным.