Видимо, поняв, что не только Москва и отдельные районы и города страны оккупированы католиками-поляками, но и вся Московия плотно, в массовом виде насыщена разнокалиберной агентурой иезуитов, ордынцы принимают решение о формировании освободительного войска в Татарии, еще не столь зараженной вирусом Смуты. Поэтому в сентябре 1611 года формируется войско в Нижнем Новгороде – как мы уже знаем, этот город еще и в 1706 году относился к Татарии (см. карту – приложение 4). Это войско, которому удалось освободить Московию от интервентов-католиков, в официальной истории известно как «Второе ополчение».
Историки Романовых постарались максимально скрыть роль татар в организации сопротивления крестоносцам и западникам и в освобождении Московии от интервентов, – как и в целом роль татар во всей истории Отечества. Но как видим, тот факт, что войско, прогнавшее католиков-поляков из Московии и сорвавшее планы крестоносцев-иезуитов, было сформировано на территории Татарии, скрыть не удалось.
Кстати, и главные организаторы Второго ополчения, которые попали в историю – К. Минин и Д. Пожарский, были, по всей видимости, татарами-ордынцами: имеются о том сведения (36). Но, как и многие положительные исторические личности, Минин и Пожарский были объявлены «не татарами».
Узнаем, что сообщает о роли татар и других народов Отечества в освобождении Московии от католиков и их приспешников английский дипломат и разведчик Д. Горсей, работавший в Московии в конце XVI века. Кстати, Д. Горсей не потерял связи с Московией и в рассматриваемое время. При этом учтем также, что Д. Горсей опирается на сведения своих соотечественников и коллег Т. Смита и Д. Мерика, работавших в Московии в первые годы XVII в.
Итак, Д. Горсей сообщает: «Русские покорились и стали вассалами, признав короля Польши своим царем и правителем, и просили его официальной грамотой, чтобы его сын стал их царем, был коронован и жил бы среди них в Москве. Но король не согласился на это и не доверил им особу своего сына, паны польские также не хотели этого, так как были властными вельможами и считали, что этим лишат корону польскую удачного преемника, подающего большие надежды, а кроме того, они не хотели оказать русским такую честь; они лишь вводили, подобно своим, то одни, то другие законы, чтобы подчинить страну и управлять ею по своей воле» (27). Это, понятно, Д. Горсей пишет о русских-западниках, всемерно способствовавших введению в Московии «прямого правления» католиков и даже, как видим, перестаравшихся в своем служении.
Но не все русские были таковыми, дошли до нас и иные сведения англичанина: многие «русские запаслись терпением и сносили с тяжелым сердцем все, пока не нашли способа добыть свою свободу» (там же). Способ этот заключался в следующем: во-первых, как выразился Д. Горсей, «сильно беспокоили поляков вторжения и набеги крымцев» – то есть татар-ордынцев из Крыма, которые, как и все татары-ордынцы, были соратниками русских-ордынцев в их противостоянии католическому натиску на Восток (36).
Во-вторых, как сообщает Д. Горсей, полякам-интервентам и их пособникам-западникам не давали возможности распоряжаться в Московии и прилегающих территориях «бунты и недовольство черемисы[74], ногайцев, мордвы, татар, черкесов[75]с их князьями и правителями, которые были хорошими воинами и наездниками» (там же).
Поскольку все эти народы-земляки «при русском царе привыкли к лучшему обращению, а теперь терпели стеснения в своих привилегиях от поляков», – пишет Д. Горсей, – «они оказали и себе, и русским большую услугу. Собравшись в большое войско, они напали на поляков и поставили их в опасное положение: грабили, убивали и истребляли их, заставив поспешно бежать с тем, что они успели награбить и захватить. Так они очистили всю страну» (там же).
Конечно, о роли татар и предков других народов в освобождении Московии от католиков-поляков, а также о многих татарах-ордынцах – лидерах ополчения – историки Романовых умолчали, относительно других многое переврали.
Но о том, что главную роль в организации Второго ополчения выполняли татары-ордынцы, говорит, во-первых, тот факт, что оно формировалось на территории Татарии – точнее, Мещерского Юрта.
Во-вторых, орган управления сопротивлением крестоносцам – у официальных историков назван «Советом всея земли» – был сформирован съездом (Собором), подобным татарскому Корылтаю. «Согласно обычаям татар» – то есть по ордынским правилам – формировалось и правительство Совета, а его руководитель, Д. Пожарский, был избран.
