Он был выше меня на полголовы, так что наши взгляды встретились почти на одном уровне. Его глаза потемнели еще сильнее от переполнявших эмоций. В нем клокотало чувство собственничества, желание спрятать меня за своей спиной и дать отпор наглецу, даже если это родной брат. У него вышли на первый план инстинкты. Но я не его избранная! Дракон лишь защищает свое потомство, которое, наверное, теперь живет во мне.
Удушливые волны ненависти накатывали от Дирка за моей спиной. Он был возмущен, что его обставил родной брат, отобрав девушку, которую он уже считал своей. О том, что молодой дракон считает меня продажной, выбирающей самого лучшего любовника по материальному положению, старалась не думать. Почему-то обида и желание оправдаться заполняли сердце. Я не такая, как он думает! Совсем! Но как объяснить Дирку, что толкнуло меня в объятия Дрегаса? Точнее, кто.
— Что за шум, а драки нет? — раздался у дверей голос Ингрид.
Я резко обернулась на нее, как на основную причину всего этого сумасшествия, творящегося на открытой террасе. Ведь с нее все началось, и из-за того, что не могла рассказать о необычном предложении, приходилось ощущать на себе презрение вспыльчивого Дирка.
— Дорогая, как ты себя чувствуешь? — тут же встревожено спросил Дрегас, переключаясь на жену.
Меня также интересовал этот вопрос. Всегда опрятно одетая даже во время своей обманчивой болезни, Ингрид выглядела очень странно и необычно. Волосы туго стянуты косынкой так, что ни один волос не выбивался из-под ткани, домотканая рубашка свободного кроя с непонятными вышитыми знаками. И из такой же материи широкие штаны, к тому же еще и босая на каменном полу открытой террасы.
— Нормально я себя чувствую, — отмахнулась от слов мужа Ингрид. — Что опять не поделили? Дирк, можешь лететь, видишь, явились голубчики. Так что компания мне больше не понадобится.
«Больная» больше не была таковой. Командирский тон, властный взгляд, упертые в бока руки говорили, что подруга больше не собирается изображать из себя умирающего лебедя. Она спокойным, уверенным шагом подошла к нам и окинула всю троицу оценивающим взглядом.
— Мы не договорили, — попытался возразить железной леди молодой дракон.
Но где ему устоять перед женщиной, которая видела его ребенком и по-другому не воспринимала?
— Ничего. Успокоишься, потом можешь прилетать. А у меня нет желания разнимать вас в доме. Все! Дирк, до встречи! — с последними словами Ингрид махнула на него обеими руками, словно надоедливого воробья прогоняла.
Дирку ничего не оставалось, кроме как послушаться приказного тона хозяйки дома, тем более что Дрегас солидарно молчал, одобряя распоряжение своей супруги. Впрочем, все свое внимание он сейчас устремил к жене, ему не терпелось задать массу вопросов Ингрид о ее виде и внезапном выздоровлении.
— Ингрид, ты в порядке? — задал первым делом вопрос Дрегас, едва молодой дракон сорвался с открытой террасы в полет.
Я в полоборота проследила за Дирком, отметив переливы на чешуе зеленого дракона. Он махнул хвостом, выполняя свой воздушный пируэт, а затем огромные крылья унесли взбудораженного встречей хищника в горы, где он скрылся меж огромных кучевых облаков.
— В порядке, — несколько недовольно отозвалась Ингрид. — Сколько можно повторять? Со мной все нормально.
— Но твой вид… Что на тебе надето? — не отставал обеспокоенный супруг.
— Нашел, на что смотреть, — передернула плечами она. — Лучше расскажите, где вы пропадали эти три дня.
Я опешила от последних слов. Три дня? Нас не было столь долго? В голове не укладывалось. Мне почему-то казалось, что прошла всего-то одна ночь. Пусть она была наполнена сумасшедшим упоением, но не могла же я настолько потерять счет времени?
— Дорогая, мы были на острове Ветра, — мягко ответил ей Дрегас.
— И? — подтолкнула его она.
— И мы все сделали, как ты хотела, — продолжил дракон и в ожидании уставился на нее. — Ты ведь этого хотела?
— Да. Этого, — ответила Ингрид.
А меня неожиданно пронзила боль, исходящая от женщины. Болело все — от головы до пяток. Душа ныла, а сердце замерло в испуге. А затем наступила тишина. Жуткая, вязкая. Ингрид сначала посмотрела на своего мужа, потом медленно перевела взгляд на меня. Я застыла в ожидании. Сказать, что в этот момент готова была сбежать от ее чувств, которые сейчас должны будут обрушиться на меня, значит, ничего не сказать. Нервно стиснула стебли цветов в своих руках и задержала дыхание, ожидая огромную волну презрения и обиды.
— Ингрид, у нас получилось, — сказал дракон.
От него веяло нерешительностью. Он так же, как и я, ожидал реакции свой супруги. А в душе Ингрид творилось что-то невообразимое. Сквозь мглу боли пробивался росток надежды — робкий, неясный. Она находилась в подвешенном состоянии, ей хотелось накинуться на своего мужа и то ли придушить, то ли, наоборот, прижаться к груди благородного дракона, переступившего через себя и свои убеждения и все-таки выполнившего ее просьбу.
