Дирк спокойно и уверенно спешился, кинул поводья подскочившему к нему человеку и, развернувшись ко мне, протянул руки. Поторопилась укрыться в его объятиях от нахальных и изучающих взглядов торговцев, от которых ничего не могло укрыться. Мой спутник распорядился насчет ужина и комнаты с теплой водой для умывания с дороги, а после завел внутрь гостиницы. С облегчением выдохнула, едва дверь за нашими спинами отрезала любопытные взгляды. Нос почуял аппетитные ароматы, а желудок тут же оповестил, что почти целый день в пути — это слишком долго для беременной девушки, которая вынашивает маленького драконенка.
Хозяевами оказалась дородная пара, с первого взгляда определившая принадлежность моего спутника к драконам, а потому все пожелания выполнились быстро. Нам подали ужин из прожаренного молодого барашка, кувшин с горячим какао, который заказал Дирк, помня, как мне понравился этот напиток в Орлином гнезде, и несколько свежих и очень воздушных булочек, пахнущих корицей. Вода для умывания уже нагревалась. Вещи, снятые с наших лошадей, проворные слуги отнесли в приготовленные комнаты. Стало неожиданно тепло и уютно.
Трудности начались позже. Как оказалось, наше решение назваться супругами имело свои минусы, хозяева разумно рассудили, что нам понадобится одна комната с большой кроватью.
Войдя в предоставленный номер, я с обалдевшим видом уставилась сначала на этот предмет мебели, потом проследила за тем, как молодой дракон начинает раздеваться. Деревянная кадка с горячей водой стояла немного в стороне, позволяя передвигаться в пространстве более-менее свободно.
— Кетрин, тебе помочь? Почему ты замерла и не раздеваешься? — обернулся ко мне Дирк, уже раздевшийся по пояс.
Потому что меня охватывала странная дрожь рядом с этим мужчиной. Он выматывал во мне всю душу — дерзкий, красивый, с бездной обаяния, влекущий к себе, пробуждая во мне желание быть с ним, но я не могла позволить себе такие чувства. Он дракон, ему привычно соблазнять женщину, красуясь перед ней. Именно этого боялась больше всего: прикипеть к мужчине, потеряться, забыть обо всем на свете.
Сейчас мне представилась возможность рассмотреть красавца дракона во всей его первозданности. Мощный торс с перекатывающимися под смуглой кожей мускулами, широкие плечи, массивно развернутые в стороны, шея, переходящая в литую трапецию, узкая талия с поджарым прессом. От пупка вниз сбегала расширяющаяся полоска рисунка, очень напоминающая чешую. Внимательно присмотревшись, заметила такой же орнамент на округлых плечах и основаниях запястий. Удивительно, но смотрелось мужественно и каким-то непонятным образом украшало могучую фигуру перворожденного.
— А вот это… — покрутила указательным пальцем, стараясь найти название рисунку чешуи на коже дракона, — есть у всех драконов? У мамы я такого не видела.
— У всех мужчин примерно так расположено, — охотно отозвался Дирк, затем повернулся ко мне спиной и показал рукой, вывернув ее, — и еще вдоль позвоночника. Проявляться начинает в подростковом возрасте. Называется «эрта».
— А у женщин? — полюбопытствовала я.
— Тоже есть, но в основном на внутренней части бедер и нижней части живота, — при последних словах дракон вновь развернулся ко мне лицом и провел пальцами по своей полоске, спускаясь вниз, убирая ткань штанов, чтобы позволить мне рассмотреть рисунок в полной мере.
Отвечать на открытое оскорбление посчитала ниже своего достоинства. Что ж, он в какой-то мере прав, меня наняли для этой работы, и пока я прекрасно с ней справляюсь. Моя безопасность в интересах моих «работодателей», так что все по-честному.
Только почему тогда стало так обидно, словно меня смешали с грязью? И кто? Молодой дракон, брат императора, лучший друг Ингрид, притом сам предложивший мне стать одной из его многочисленных любовниц! И раз он не считает меня достойным человеком со своими мыслями и эмоциями, стремлениями все исправить в жизни, начать безбедное будущее, так и от меня он никогда не дождется уважения.
Больше мы не обменялись ни одним словом. Я старательно делала вид, что меня не беспокоит присутствие со мной в одной комнате мужчины. Все же мой опыт в заведении у Мадам давно помог избавиться от природной стыдливости. Откровенно рассматривать дракона также не собиралась — не предоставлю ему такой возможности порадоваться моему интересу.
Дирк принял ванну, отерся полотенцем и надел на себя просторную рубашку со штанами. Я все это время занималась своими делами, демонстрируя безразличие к происходящему ровно до тех пор, когда пришло время самой укладываться спать.
— Отвернись, — попросила «супруга». Я же не пялилась на него, когда он купался.
— Я уже сплю, — отозвался Дирк и демонстративно отвернулся лицом к стене.
Полностью раздеваться не стала, умылась горячей водой из кувшина, поплескав себе в лицо, и уселась на край кровати расчесывать волосы.
— Кетрин, извини за грубые слова, — неожиданно произнес Дирк за моей спиной, заставив замереть и прекратить движение щеткой.
— Ну почему же, ты ведь прав, — холодно произнесла я, пожав плечами, — меня наняли на эту работу.
