Закончив ритуал и коротко переговорив с Фрицем, этот мужчина просто ушёл. Подопытные же остались на месте, в круге, дальше медитировать. Я снова наведался, спросил, всё ли закончилось и когда уходим. Меня послали, всё же добавив, что ещё немного, и пора будет уходить. Уровень моей паранойи взлетел до небес. Когда, если не сейчас, должны посыпаться неприятности?
Четвёрка лысых подошла ближе к ритуалу и выставила какие-то приборы недалеко от гробов. Очевидно, они тоже какую-то фракцию представляют, с которой у церкви есть конкретные договорённости. Возможно, что именно наследники Творца и придумали этот ритуал. Я засмотрелся на них и не заметил, что происходит с другой стороны.
— Элай, — окликнула Анна. — Туман идёт.
Я обернулся и увидел туман с золотыми искрами.
— Фильтры, — скомандовал я.
Отряд дружно натянул маски. Следом — защитные очки. Капюшоны мы тоже накинули. Любая газообразная субстанция — это в девяноста процентах случаев отрава. Лучше перестраховаться, но могли бы и не стараться. Туман налетел стремительно, но врезался в проявившийся купол, что накрыл всю площадь, нас и уходил дальше от центра, метров так на пятьдесят. Получается, я всего ничего до края купола не дошёл.
Туман не добрался до нас, но накрыл место действия полностью, в том числе и сверху. Свет померк, наступили сумерки.
— Идём к ученикам, — скомандовал я.
Туман заметили не только мы. Лысые творцы продолжали проводить исследования, и только один из них поднял голову. Даже капюшон откинул, разглядывая происходящее. Кто-то из учеников вскочил, начал тыкать пальцами, но звуков я не слышал. Вдруг стало понятно, что звуки исчезли.
— Слышно меня? — спросил я и обернулся к своим.
Те не услышали, и пришлось потыкать себя пальцем в рот, чтобы обозначить проблему. Под масками не было видно губ, поэтому я не знал, пытались ли они что-то сказать, но логика подсказывала, что да. Отряд занервничал, и я показал на глаза, похлопал себя по плечу, давая понять, как действовать.
Сам же переключился на охрану церкви, потому что именно они сейчас представляли наибольшую проблему. Когда двадцать вооружённых мужиков, отвечающих за безопасность, перестают понимать, что происходит, а вместе с этим начинают нервничать — это всегда видно. Особенно когда два ближайших бойца выходят навстречу и наставляют на нас винтовки. Я остановился и дал своим знак, чтобы опустили оружие. Сам потыкал себя в ухо, помотал рукой, потыкал на рот, тоже помахал рукой и изобразил знак вопроса, мол, какого хрена происходит. Ещё в сторону тумана тыкнул и в направлении прохода. Не пора ли нам всем отсюда убраться?
Мне что-то крикнули в ответ. На это я лишь поморщился. Про зоны «глухоты» нам рассказывали ещё на обучении, добавляя, что, если мы ничего не слышим, это не значит, что нас никто не слышит. Поэтому в таких случаях первым делом требовалось перестать орать и шуметь. А вторым — покинуть территорию.
Ну да кто бы меня послушал? Уж точно не двое монахов, которые явно нервничали. Было от чего. Ситуация стремительно выходила из-под контроля. Не только мы сунулись поближе, но и все остальные приглашённые. Которых было больше, чем монахов. Мои догадки подтвердились. Нас только пугали, но приказа стрелять на поражение не было. Иначе как объяснить эти метания боевых братьев. Дальше всё могло сложиться как угодно. Может, и началась бы бойня людей против людей. Вместо этого купол вокруг заискрил. Да так, что даже при отсутствии звуков пропустить не представлялось возможным. Вслед за искрами прошла рябь. Одна, вторая, третья. Побежали трещины, и купол лопнул. Туман обрушился на нас, неожиданно придавив тяжестью. Дыхание перехватило, видимость упала до нуля. Я раскинул Власть, желая хотя бы так контролировать происходящее, но и с этой стороны пришла подстава. Власть сбоила, рассыпалась, и я воспринимал происходящее будто через мутное стекло.
Каждый вдох давался с трудом. Задержать дыхание не помогло. Давление нарастало, обволакивало всё тело. Я попытался сделать шаг, но чуть не споткнулся и не упал. Рядом рухнула на колени Анна. Димитр и Олег тоже бы рухнули, но поддержали друг друга. Мне надо было пробиться вперёд, мимо вооружённых людей, забрать сестру и вывести отсюда. Но и своих людей я бросить не мог. Сомневаясь, что в таком состоянии в принципе куда-то дойду. Мысли путались, в голове шумело, дышать по-прежнему было тяжело. Усилием воли я преодолевал это, перебирал варианты спасения. Решение нашлось неожиданно, откуда не ждали.
