— У меня есть все основания полагать, что на этот раз всё пойдёт иначе, — ответил я. — Дело-то всё в том, что тогда мы приехали в одиночестве: только наша семья, кони и несколько слуг. Сейчас всё иначе. С нами приехал отряд Кемизовых.
— Ой, да ладно, — Даррен аж встрепенулся, — и Кемизовы здесь? Какая ветвь? Надеюсь, основная?
— Нет, судя по всему, не основная, — ответил я, — потому что, когда мы были в Агни, сколотура забрала амулет Кемизовых и унесла куда-то. Но до наших Кемизовых не добралась, по крайней мере до тех Кемизовых, которые осели в Горном.
— Эх, — Даррен искренне растроился. — Если бы я знал, что вам угрожает такая опасность, я бы немедленно вернулся и защитил свой род, чтобы он не угас.
— История не терпит сослагательного наклонения, — сказал я. — Возможно, что в той жизни, моей прошлой жизни, ты действительно погиб, и никто тебя не выходил. Поэтому ты и не смог вернуться, чтобы помочь нам. В любом случае, как произошло, так произошло. В той моей жизни все погибли. Но в этой, слава нашей богине, все живы и по большей части здоровы.
Я вспомнил маму после боя в Горном, но вспомнил и то, что отмечал в последнее время: она достаточно неплохо восстанавливается.
— Слушай, — спросил меня Даррен, — как же вы вот там… Как ты, когда вернулся? Неужели у вас сила не пропала?
— Не понял я, — ответил я.
— Ну, мы вот почему, собственно, все тут сидим и никуда не уходим. Стоит лишь немного отойти от нашего Подгорного, как вдруг у многих кратно уменьшается сила. Поэтому мы больше никуда не пытаемся уйти.
Тут он снова ударился в воспоминания.
— В самом начале, когда местные только уходили от демонов, воспользовались подземными тропами, которые были частью контрабандистских путей между империями. Но тогда сильно трясло всё вокруг, и многие ходы засыпало. И вот здесь получилась небольшая замкнутая экосистема. Однако позже, когда народ решил потихоньку пытаться выбраться отсюда, случалось разное.
Он глянул мне в глаза и развёл руками.
— Тех, кто решил идти в сторону Агни, по большей части перебили. А те, кто решил двигаться в сторону Российской империи, поняли, что резко слабеют и теряют силы. Причём теряют их кратно. И в итоге решили, что останутся тут, на родной земле. Будут жить, как жили. Вот в этих подземных, так сказать, пещерах. И попытались восстановить жизнь по образу и подобию старых тохаров.
В голосе моего предка послышались уважительные нотки.
— Да, не всё тут ладно выходит. Нас тут живёт порядка двух с половиной тысяч человек. Своя такая, можно сказать, деревня. Но, во всяком случае, здесь мы можем обороняться от демонов и полностью себя обеспечивать всем необходимым. Но проблема, конечно, с вырождением. Остальное всё как-то решаемо, с самыми базовыми вещами, по крайней мере. Выходим в экспедиции в ближайшие полуразрушенные крепости, берём там всё необходимое. Но факт остаётся фактом, уйти отсюда мы не можем.
— Предположим, — сказал я, — мы теперь собираемся обживать Горячий Ключ и ставить защитный контур. Причём артефакторный. Доступ у нас к ним есть. Если я не совсем сошёл с ума, то у нас здесь где-то должен быть рабочий телепорт. А с ним у нас может быть совсем другая жизнь. Сам понимаешь, что большие объёмы грузов проще доставить к телепорту, чем везти через горы и натыкаться на демонов.
Я говорил, а сам в голове представлял, как всё это будет выглядеть.
— Можно поставить здесь и опорные точки, чтобы было видно, что нам грозит. А для обороны можем создать свой аналог Стены, чтобы нам никто не пробился. Будет у нас тут анклав, и люди твои смогут выйти на поверхность. Да и мы здесь сможем жить, как жили раньше. Будем постепенно пробираться вглубь за счёт ресурсов империи, армии, денег и так далее. Плюс у нас доступ к передовой алхимии, артефакторике, снаряжению, медицине и всему остальному, — перечислял я перспективы прадеду, едва ли не рисуя ему небо в алмазах.
— Но для этого мне нужно понимать, согласны ли вы принять, в том числе, и наше верховенство, потому что эти земли всё-таки Аденизов и Кемизовых, соответственно. Но тут проще: если ты сейчас у них неформальный лидер, а землями владеет твой внук, то есть твоя родная кровь. То по идее, сильного шока для них это быть не должно — передача, так сказать, власти по наследству. Опять же, вы с отцом вместе можете решать, что к чему.
Тут Даррен спокойно смотрел на меня и спросил:
— Почему «вы с отцом»? Судя по тому, что тебя сюда принесли, то ты и есть самый сильный.
— Ну, да, я, — мне не удалось удержать усмешку. — Но я всё-таки надеюсь, что мы разберёмся с демонами и будем восстанавливать всю Тохарскую империю. Но для того, чтобы восстанавливать всю, нам нужно сначала сделать хотя бы этот анклав по образу и подобию. Восстановить. Поэтому предлагаю для начала вам поговорить с моим отцом, то есть с твоим внуком, и с Кемизовым, после чего решить, как мы в дальнейшем будем налаживать отношения. Для встречи решай: либо мы сюда придём, либо ты можешь отправиться с нами пообщаться.
Даррен задумался. Оглядел обгорелые стены своей кельи и ухмыльнулся.
