— М-м, ритуал, — усмехнулся Даррен. — Тут история более интересная, а может быть, и нет. Это было уже после того, как я заново обрёл память, во время одной из вылазок с боевым кулаком в район Агни. Мы, среди всего прочего, обнаружили израненного насмерть демона. Причём сильно отличающегося от низших — рогатого, огромного. Но при всём том он практически подыхал, но не мог самоуничтожится, потому что его держали под контролем враги. С минуты на минуту за ним должны были прийти.
Даррен заново переживал те эмоции, и они живо отражались на его лице.
— Увидев меня, он, видимо, сориентировался на цвет волос и на руны, оставшиеся на моей старой одежде. Поэтому он доверился мне и сказал, кто он и что он. При этом попросил уничтожить его, чтобы его тело и кровь не достались мучителям. А взамен он даст этой самой кровью возможность для прохождения мною ритуала. Ну и, собственно, ему нужно было только одно: чтобы он или его тело не попало в руки другой касты демонов. Сам он уйти уже не мог, потому что был изранен и действительно полудохлый.
Мой предок немного цинично усмехнулся, но, в целом, я его понимал.
— Я в итоге выцедил с него кровь, после чего сжёг начисто, не оставив даже золы. Вернувшись сюда, в Подгорный, я набил себе эти самые татуировки, используя его кровь. Одним словом, прошёл ритуал без всяких дополнительных условий. Но цена у этого ритуала тоже была, как-никак жизнь за жизнь. Но главное, что демон этот не попался всем тем, кто мог бы им воспользоваться.
Голос Даррена стал постепенно затихать.
— Одно плохо: то, что я проходил данный ритуал, уже фактически будучи стариком. Мне было под сотню лет. Конечно, я был всё ещё силён, но не настолько молод, чтобы развиваться дальше. Потенциал у меня был совершенно другой. Вот, судя по тому, что я вижу в тебе, ты прошёл его лет в восемнадцать, так?
— Да, — кивнул я, — совсем недавно, месяца три назад.
— Ну вот, а уже показываешь результаты гораздо лучшие, чем я. Хоть я при этом имею значительно более чистую кровь, но по магическим показателям, как ты успел заметить, я всё равно слабее. И пламя у тебя белее, и сил больше. Поэтому уж, как есть, уделал ты меня, внучок, уделал. А когда ещё проживёшь лет пятьдесят, так и вовсе с тобой никто не сможет тягаться, ну по крайней мере на нашем, на человеческом уровне. Это будет фактически невозможно. Но тогда ты по своей силе станешь, наверное, уже ближе к высшим демонам.
Мне почему-то вспомнилось недавнее приключение, и я хохотнул, не сдержавшись.
— Что такое? — спросил меня Даррен.
— Да так, — сказал я. — Это ты ещё дочь Азарета не видел, которая двумя клинками способна речку вскипятить.
— В смысле? — кустистые брови Даррена взметнулись вверх.
— Да была у нас тут история не так давно на реке Дружба, — ответил я.
— Это где, на границе с Китайской империей, что ли? — уточнил Даррен.
— Ну да, с Китаем именно. Мы туда друга моего ездили вызволять, заодно попали под прорыв демонов-амфибий. И вот нужно было найти какой-то способ, чтобы им не дать прорваться к заставе. И вот там эта дочь Азарета дала такого шороху, что вонь от сваренных амфибий над рекой витала ещё долго. Есть байка солдатская про кашу из топора, а теперь появилась ещё одна про уху из демонов.
Даррен сначала, кажется, не верил, потом, видимо, представил, сам хохотнул и принялся рассказывать уже что-то из своей жизни.
Дальше наш разговор тёк уже плавно и спокойно, перемежаясь различными байками, историями из жизни и прочим, и прочим.
Говорили мы достаточно долго, при этом особое внимание Даррен уделил именно моей прошлой жизни. Когда я ему рассказал про то, как общался с Саламандрой впервые, он мне сказал следующее:
— Когда я сам лежал в беспамятстве, можно сказать, в преддверии посмертия, богиня смотрела на меня… Да, но не удостоила такой чести. Посмотрела и сказала, что ты, конечно, силён, но уже староват для моей миссии. Что это за миссия, я, конечно же, не знаю. Но, глядя на тебя, подозреваю, что богиня нашла того, кто ей нужен.
— А ты, получается, выкарабкался сам? — уточнил я.
— Нет конечно, — мой предок покачал головой. — В чём-то она мне в любом случае помогла, но я и не был мёртв. В отличие от тебя. Может быть, в этом вся разница. А ты расскажи мне о том, как всё произошло.
Я рассказал Даррену всё, что помню: про прошлую поездку сюда, на Горячий Ключ, про прорыв демонов, предательство и прочее. Но главное, к чему я склонялся и о чём рассказал своему предку, это то, что где-то здесь, на Горячем Ключе, в той моей жизни сработал телепорт. Из-за этого демоны прорвались сюда, а позже на тракт и попёрли на Урум, из-за чего нас обвинили в предательстве.
А затем меня, как единственного выжившего, отправили на Стену, на каторгу, где я, собственно, и закончил свои дни.
— Ну, а после возрождения пытаюсь всё это исправить, — подвёл я промежуточный итог. — И пока многое получается.
— То есть ты хочешь сказать, — проговорил на это Даррен, — что, зная, что вас здесь всех могут убить, всё равно приехал на Горячий Ключ? Более того, позволил приехать сюда своему отцу?
