Однако император не просто начал эту игру сам. Он еще и нехило так облажался. Точнее, ИСБ облажалась, когда не смогла удержать род Каспадиа от двойной игры, в результате которой погибла моя сестра. Но сути это не меняет, за слуг всегда отвечает господин. Император обещал мне защиту, пусть даже только от прямой военной агрессии аристократов, а сам начал действовать в прямо противоположном ключе, да еще и стал косвенной причиной гибели члена моего рода.
После такого обижаться на мой зеркальный ответ он не имел никакого права.
Так что мой сегодняшний дар не был извинением, и это он тоже понял. Сейчас я давал понять, что помню и понимаю его настоящие потребности, по своей инициативе дарю то, что их закроет, и отсекаю любые подвохи со своей стороны.
По сути, я предлагаю начать отношения с нуля. Честные рабочие отношения.
Но и то, что пока невысказанная просьба важна для меня, я тоже дал понять своим даром. И вот это самый слабый момент моего плана. Что называется, этим грех не воспользоваться.
— Я принимаю твой дар, наследник Раджат, — коротко кивнул император. — И готов выслушать твою просьбу.
— Благодарю, ваше величество, — ответил я и склонил голову: — Я прошу вас дать роду Раджат право на основание клана.
Император несколько секунд молча смотрел мне в глаза. Вряд ли мое желание влиться в клановую аристократию стало для него неожиданностью, в этом смысле меня наверняка давно просчитали.
Скорее, он не ожидал, что я приду с этим так скоро.
— А если я не дам тебе клан? — холодно поинтересовался император.
Плохо, но ожидаемо. Я и не думал, что он легко пойдет мне навстречу.
Что ж, придется приоткрыть карты. Купить мне его нечем, всякие «подвиги» в качестве платы за клан я совершать не собираюсь, так что мне остается только давить его логикой. А для этого придется слить часть закрытой информации.
— Не дадите вы — даст правитель другой страны, — пожал плечами я. — Думаете, тот же Непал откажется от вечного рода во главе с полноцветным магом? Пакистан? Шри-Ланка? Или даже Поднебесная?
Император пождал губы и спросил:
— И ты так легко откажешься от своей родины?
— Вы забываете одну простую вещь, ваше величество, — спокойно ответил я. — Я — чужак. И это работает в обе стороны. Не только я вам чужой. Вы, люди этой эпохи, мне тоже чужие. Мой мир умер, как минимум, четыре тысячи лет назад. И, в отличие от тех же Лакшти и Сидхарт, у меня даже в роду нет значимых сдерживающих факторов. Род Раджат — это я. И я буду жить в той стране, где мне комфортно. Для меня весь ваш мир — чужой, и разницы между странами нет никакой.
Император выслушал меня молча и еще какое-то время молчал.
— Не верю, — сказал он, наконец. — Ты жил здесь, пусть даже это было несколько тысячелетий назад. Ты не сможешь так просто отказаться от своей родины.
— Отчасти это так, родину забыть непросто. Однако я вас разочарую, ваше величество, — хмыкнул я. — В прошлой жизни меня звали боярич Игорь Кольцов. И моей родиной была Российская Империя.
Император замер, пристально глядя мне в глаза.
— Предваряя ваш вопрос, — продолжил я, — я не знаю, как именно мои кровные родичи оказались в вашей стране. Да это и неважно. Лично для меня это ничего не меняет. Индия — не моя родина и никогда ею не была.
Император прикрыл глаза на мгновение.
— Я тебя услышал, — ровно сказал он. — И подумаю над твоей просьбой.
— Благодарю, ваше величество, — склонил голову я.
*****
Вернувшись домой, я принял душ, переоделся и привычно устроился в своем кабинете. Однако не успел я открыть первую из лежавших на столе папок, как дверь открылась.
— Ну как? — с порога спросил Астарабади.
Все мои ближники знали, зачем я иду к императору, так что его любопытство понятно.
— Садись, — махнул я рукой на кресло.
Я дождался, когда Астарабади устроится в кресле, и еще пару секунд помолчал. Очень уж забавное у него было выражение лица. Смесь любопытства с надеждой и смущением. Он же прекрасно понимал, что не стоит лезть с такими вопросами к фактическому главе рода.
— Пока непонятно, — все же ответил я. — Император взял паузу.
— То есть он может отказать, — нахмурился Астарабади.
Вот интересно, а мой ближник до сих пор считал, что это формальность, что ли? Самый молодой клан в стране был основан больше ста лет назад, в период разрухи после мировой магической войны. Я почти уверен, что им клан дали просто так, лишь бы повышенные налоги платили. Сейчас такой халявы не будет.
— Может, — спокойно кивнул я.
— И что тогда?
— Посмотрим, — неопределенно покачал головой я. — Возможно, переедем в другую страну.
— Я могу начать наводить справки, — предложил Астарабади.
Рано пока. Император не давал понять и даже не намекал, что не хочет давать мне клан. Его вопрос «а если не дам?» был скорее прощупыванием почвы, он хотел увидеть всю картину. Тон этого вопроса был спорным, да. Но это могло быть обусловлено массой причин, начиная с банальной неожиданности и заканчивая возможным подтекстом, который я в свою просьбу не закладывал.
Тем не менее, по итогу встречи мы с императором расстались очень ровно, и пока это — основной показатель.
