И нотариус, и воспитательница проходили фигурантами по делам, что он вел, и являлись в отделение чаще требуемого. Особенно активной была первая. Эффектная женщина в самом соку, она очень хотела замуж. Три предыдущих брака она называла тренировочными, надеясь обрести счастье в четвертом. Зорин на роль мужа подходил: младше, но не критично, красив, но не неприлично, равнодушен к ней, но не беспол, беден, но не гол. Именно так она характеризовала Мишаню, и всех это забавляло. Его в том числе.
— Ей бы рэпом заняться, — усмехался он в ответ на подколы коллег. — А вам работой. Хватит мне невест подыскивать. Мне тети Киры хватает.
Распрощавшись с Макаряном, Зорин сел в машину, но мотор не завел. Копался в телефоне, проверяя СМС. Надеялся в них найти ответ?
Сегодня опять звонил сын. С матерью снова поругался, хоть и смог скрыть утерю телефона.
— У нее, наверное, с Ильясом проблемы, — решил-таки озвучить свои предположения Миша. — Вот и переживает.
После разговора, состоявшегося в день развода, Зорин был уверен в том, что Карина вскоре снова выйдет замуж. Но она до сих пор оставалась в статусе разведенки. И жила вдвоем с сыном. Но Ильяс считался ее официальным парнем…
«Парнем! — мысленно фыркал Мишаня. — Они бывают у студенток, а не у женщин за тридцать. И парню не может быть сорок. В таком возрасте нужно быть мужем. Или любовником, если ты уже в браке». Но это Зорин осуждал. Сам бы не смог не только изменять, но и, будучи свободным, встречаться с той, которая изменяет. Противно!
— Ильяс вернулся в Стамбул, — сообщил сын. — Еще зимой.
— Вас с собой не позвал?
— Мы бы все равно не поехали…
Значит, не позвал. Вот Карина и бесится. Такую ставку сделала на Ильяса, а он три с половиной года на качелях ее катал, а когда надоело, просто самоустранился.
— Пап, я знаешь что подумал? Давай этим летом я к тебе приеду, а не ты ко мне?
— Это было бы здорово. Но мама вряд ли отпустит.
— Почему? Я уже взрослый, мне одиннадцать исполняется.
— Только телефоны теряешь постоянно!
— Ну хватит уже, — забухтел сын. — Такое и с дядьками и тетьками случается.
— Ладно, согласен, — тут же сбавил обороты Зорин. Ребенок изъявил желание приехать в Ольгино, это греет его сердце. — И если тебе удастся маму уговорить, я буду на седьмом небе. А уж как дед Иван и тетка Кира обрадуются. Они тебя вживую несколько лет не видели.
— Я посмотрел в интернете, от нас до Энска поездом ехать семь часов. Мама бы меня посадила в Казани, ты на вокзале встретил и повез на машине в Ольгино.
Они обсудили другие детали и сошлись на том, что, если сын Карину не уговорит, они пустят в ход тяжелую артиллерия — Киру Ивановну. Экс-супруга ее побаивалась, хоть в этом и не признавалась, и не смогла бы ей долго противостоять. Миша из-за этого никогда не звонил ей при тетке — та обязательно вмешалась бы в разговор, высказала если не все, что думает об оказавшейся не лучшей женой татарке, то многое, а расстраивать Карину он не хотел даже после того, как она поставила точку в их отношениях.
Настроение после разговора с сыном у Михаила поднялось. Предложи ему сейчас кто-нибудь поехать в рюмочную, он бы согласился.
— Майор, ты тут ночевать собрался, что ли? — услышал он голос дяди Толи Ермака.
— А ты? — Он думал, что бывший участковый давным-давно ушел домой.
— Я как раз нет. В архивах закопался, счет времени потерял. Обычно я в это время сплю уже.
— Подбросить до дома?
— Буду премного благодарен.
Ермак забрался в машину, пристегнулся. От него пахло табаком, и это Зорина удивило:
— Опять закурил? — Помнил, что Ермак бросил давным-давно.
— Нет, что ты! Мне никотин, как и алкоголь, противопоказан. В курилке с мужиками болтал.
— Скучаешь по ментовке? Столько лет службе в органах отдал…
— Есть такое. Поэтому спасибо вам за возможность помогать в расследовании.
До дома Ермака доехали за двадцать минут. Тот приглашал на чай, но Миша отказался. Не в такой компании он хотел провести вечер.
— У меня свидание, — сказал он Ермаку. И теперь не соврал. Пока они ехали, ему написала Оля. Спросила, как дела и свободен ли. Затем пригласила в гости.
С пустыми руками Зорин явиться не мог, поэтому заехал в «Вавилон». Взял торт и ананас. Но продавщица его не отпустила так просто:
— Вам, молодой человек, не кажется, что чего-то не хватает?
— Цветов. Но вы ими не торгуете.
— Вообще-то я на шампанское намекала. — Она указала на бутылку игристого, выглядывающую золоченым горлышком из-за банок с пивом. — Через десять минут перестанем продавать, успейте приобрести! — Как будто Зорин не знал, что в подобных торговых точках алкоголь круглосуточно отпускают. На этом и делают выручку.
— Давайте и шампанское, — решился Михаил. — Только не кислое.
— Полусладкое подойдет?
Он кивнул. Хотя бывшая супруга не одобрила бы его выбор. Она предпочитала брют, который Мишаня не мог пить — скулы сводило. Тогда как сухое вино ему нравилось. Наверное, дело в газиках?
— Приятного вам вечера, — промурлыкала продавщица, отдав ему чек. Зорин поблагодарил ее и покинул магазин.
