Озвучить свою просьбу Альдер не успел – в него вошёл поток чужой магии. Те жалкие крупицы, что Бако восстановил за недолгий свой сон, он отдавал во имя спасения жизни. Единственное, что могло исцелить – правда, в дозах побольше. А так он лишь продлевал мучения Учителя.
- Бако…
Альдер снова открыл глаза. Ученик смотрел прямо на него, в когда-то ясные, невероятно красивые глаза мага. В прошлом он обучал его исцелению, но так и не успел сказать самого главного.
- Не так, Бако. Ближе…
В глазах ученика возникло недоумение. Он почти отдал все свои запасы, но, кажется, этого хватит лишь на то, чтобы Учитель смог шевелить рукой и коротко отвечать. А боль и жар в конце концов добьют измученное тело.
Руки Учителя чуть окрепли, получая силу от Бако, и Альдер решился. Или это, или он сейчас умрёт. А наглядевшись на страдания ученика, умирать он передумал.
- Я сказал, ближе!
И Бако узнал этот голос, его знакомые нотки, когда Учитель был недоволен. Руки мага вцепились в плечи ученика и дёрнули его на себя. Передача магии не прервалась, только теперь она шла не из ладони, а изо рта, едва губы Учителя сомкнулись на губах Бако. Магия хлынула мощным потоком, и ученик дёрнулся, но учитель держал его крепко, пока тело Бако не отяжелело и утратило ощущение реальности. Магия, освещавшая собой всю комнату, исчезла, и мужчина мешком повалился на пол. Его словно выжали раз двадцать, смяли и бросили. Он едва успел удивиться, откуда в нём столько магии, как сознание отключилось, и Бако забылся спокойным сном. А рядом в постели спал Альдер, победивший боль и жар и вполне довольный собой.
========== Глава 3 ==========
Проснулся Бако в середине дня. Он не помнил, что случилось после того, как решил поделиться магией. Должно быть, перестарался и отрубился, вот и уснул на полу. Поднимаясь, он с трудом заставил себя взглянуть на Учителя, ожидая увидеть его мёртвым.
К радости ученика, маг спал, а лоб его был тёплым. Осторожно отвернув одеяло, Бако вздохнул с облегчением: ни одна свежая рана не закровила. «Бинты» были чисты, но их нужно было сменить и проверить состояние ран.
Пока Бако рвал новые тряпки и подумывал о походе в ближайший лес за целебными травами, Альдер проснулся. Ученик это не заметил, сидя спиною к нему, и Учитель, слабо улыбаясь, наблюдал за ним и оглядывал комнату. Всё тело по-прежнему жутко болело – всё, кроме ног. Их будто и не было вовсе. Сознание же работало ясно, а память восстанавливала хронологию событий. Он вспомнил, как ему стало плохо на суде из-за криков проклятой бабы, чей сын пять лет назад погиб, пытаясь выгнать Альдера из своей головы. Его, высохшего до костей, заставили выслушивать всё это, отчего голову просто разрывало на куски. Блокираторы магии, давным-давно не нужные, болтались на запястьях, заменяя кандалы. А его мучитель – тот, что украл всю магию и замучил до полусмерти, - стоял позади и ухмылялся. Баба орала, судья колотил молотком и тоже что-то орал, а он, Альдер, отчаянно хотел умереть. Из-за чего вышел конфликт, он не помнил, а кричащие не сразу заметили, что обвиняемый скончался.
То, что увидел Альдер за порогом жизни, изменило его самого и его взгляд на свои поступки. Бако об этом ещё не знает, но ему придётся смириться с тем, что он больше не ученик чернокнижника. Раскаяние подарило магу шанс всё исправить, вернув обратно – туда, где грохот грома перемежался топотом копыт. Вот только сил очнуться по-прежнему не хватало, и после бесконечной тишины он почувствовал боль, увидел Бако и помог ему спасти себя. Не ради собственной паршивой жизни, а чтобы предупредить, не позволить превратиться в подобие своего Учителя. Даже тот зверь, что пытал его в заточении, делал это не только себе в удовольствие, но и ради того, чтобы маг понял и раскаялся, чувствуя боль своих жертв на своей шкуре. Альдер не усвоил урок, и поэтому умер. За гранью мира живых души убитых им людей устроили свою пытку, достучались до разума убийцы и вернули его обратно. Вот что хотел он поведать ученику, донести до него, ЧЕМ оборачивается выбор между светом и тьмой.
Пока что он был слишком слаб, чтобы говорить. Тишина покинутой деревни умиротворяла, и слушать её хотелось вечно. Чтобы ученик не уходил далеко, утешал и обнимал, ухаживал и восхищался, как прежде. И больше никогда не покидал своего непутёвого Учителя.
Покончив с приготовлением бинтов, Бако обернулся. Учитель ласково смотрел на него почти тем же ясным взглядом, как и перед разлукой.
