— И не надо… — старший Уизли печально улыбнулся. — Уйду я — ведь я уже ушёл, гораздо раньше, чем всё это случилось… Мне было хорошо с Флёр — легко, весело, спокойно. Но я всегда считал — главное ждёт впереди, не стоит раздаривать себя направо и налево, надо глядеть в будущее и там искать истинное воплощение мечтаний, а сегодняшние встречи и разлуки — лёгкие развлечения, пустяки… похоже, заглядывая за горизонт, я умудрился упустить нечто важное у себя под носом… Однако стоит ли грустить?! — встрепенулся Билл. — Я сам себе дорог, как память, и вполне самодостаточен — в хорошем смысле этого слова, дружок, не подумай чего… так что, у меня всё ещё впереди… А вы будьте счастливы, детки! — братья обнялись, крепко и искренне, как когда-то в детстве. Билл отстранился первым. — Ну-ну, хватит! Альбус-генералиссимус тебя, поди, заждался. Ступай, братишка, и — удачи! Я подожду тебя у скоростной дороги в Хогсмид, хочу проводить — не возражаешь? — старший брат лукаво прищурился.
…Дамблдор снабдил Чарли последними ценными указаниями, вежливыми сопроводительными письмами, старомодными верительными грамотами, отличными рекомендациями, длинным официальным запросом Института Драконоведения, и не менее официальным разрешением Министерства магии на ввоз драконьей кладки в Англию — одним словом, целым ворохом полезных и бесполезных бумаг. Сосредоточенно распределив многочисленные документы по карманам, молодой человек собрался откланяться, но, как выяснилось, самое ценное директор приберёг напоследок. Дамблдор вручил Уизли серебряный перстень с гербом Хогвартса — портключ, настроенный только на одного человека, и только Чарли мог его активировать. Портшлюзом пользовались обычно в одностороннем порядке и лишь в случае крайней необходимости, зато он переносил волшебника непосредственно в Хогвартс, минуя все защитные поля и экраны. Если перстень терялся, или был украден, он с редкостным упорством стремился вернуться к хозяину и всегда добивался своего. В чужих руках сей предмет являл абсолютно бесполезное украшение — и не более.
— К моему огромному сожалению, не могу гарантировать вам безопасность, мой друг, — вместо напутствия произнёс старый маг, — или вручить какое-нибудь универсальное оружие… Зато имею возможность обеспечить путь идеального отступления, которым вы всегда сможете воспользоваться, если что-то пойдёт наперекосяк… — на этой оптимистической ноте Чарли и простился с директором.
Винтовая лестница с лёгким скрипом прокатила Уизли до горгульи, та неодобрительно заворчала сквозь зубы, дожёвывая инжир, и запечатала собой проход… А в коридоре стояла Флёр.
Чарли замер, пытаясь унять затрепыхавшееся сердце… В глухой чёрной мантии, резко подчёркивающей бледность лица и стиснутых рук, со стянутыми тугим аккуратным узлом волосами, трогательная, маленькая — она сияла васильковыми глазищами, обведёнными тёмными кругами, и напоминала то ли послушницу, не по своей воле оказавшуюся в монастыре, то ли юную вдову, с ужасом надевшую траур.
— Я пришла… э… поблагодарить профессора Дамблдора, — чуть запинаясь, выговорила Флёр. — По его распоряжению профессор Снейп любезно выделил мне уютную лабораторию, снабжённую всем необходимым… И моя комната находится как раз над ней — так удобно…
— Это хорошо, — произнёс Чарли, плохо соображая, о чём вообще речь.
— Окна комнаты выходят на озеро — очень красивый вид… — голос девушки немного окреп. — У меня тут появились кое-какие дела — надо разобрать с хогвартским профессором зельеделия рецептуру зелья мадам Максим и сварить опытную партию.
— Нужное дело… — Чарли запнулся на секунду и брякнул, — а я уже… то есть, ухожу… Дамблдор надавал чёртову кучу каких-то дурацких бумаг…
— А я закончу свои здешние дела и займусь обучением. Мне теперь надо овладеть Обрядом Древней Крови до конца! — решительно заявила Флёр, вскидывая подбородок. — Я решила научиться снимать проклятье Вечного Служения, тогда домовые эльфы смогут сами решать, где им жить — из какого замка уйти, в каком остаться… Думаю, это будет самая лучшая месть Малфою! — она заглянула Чарли в глаза, желая увидеть его реакцию на своё несколько изменившееся отношение к мести, но он думал о другом:
— Всё началось из-за меня… Если бы тебе не пришлось меня спасать, Малфой не убил бы домовых эльфов, и ты бы никогда не ощутила этот ужас… Я приношу тебе только проблемы и страдания… Что я вообще могу тебе дать?! Мой дом — палатка, кочующая по самым необжитым местам. Мои спутники — драконы и книги, а общество людей — большая редкость… Но… — Чарли осёкся, ему хотелось выразить свою любовь так, чтобы это не было банально или пошло, чтоб не звучало слишком громко или патетически:
"…но я готов ради тебя на всё… я всё отдам за счастье видеть тебя рядом… я готов всё изменить, лишь бы ты была со мной…" — не то! Совершенно не то! Какие-то выспренные глупые фразы…
Флёр пристально вглядывалась в него, качая головой:
