— Нет, ты не сошла с пути Света. И то, что ты предложила… Я не знаю… — замялся Император, понимая, что должен принять решение, пусть и грешное, но это будет его решение. Если нет другого выхода. Не должен он так мучить свою супругу.
— Давай помолимся, прошу. Вместе, возьмемся за руки, и прочтем молитву взывающую о милосердии, может Мироздание нас услышит и поможет нашим подданным стойко пережить эту Тьму, — нежным голосом умоляла Королева. Они взялись за руки и принялись молиться вслух.
Закончив, супруга попросила позволения уйти отдохнуть. Император даже не думал возражать. Миранде и так несладко. Долгая утомительная поездка к Порогу Мироздания в такое неспокойное время и так повергла несчастную в нездоровье. Лекари настоятельно рекомендовали ей не исполнять супружеский долг как минимум год. Как же она была опечалена, порывалась игнорировать наставления лекарей. Только не может он рисковать её здоровьем, он и так повинен в её страданиях. Он должен был отговорить её от этой поездки, а вместо этого только обрадовался, и отправился с ней.
Когда Миранда пришла к нему и заявила, что познала истину, и желает как можно скорее обратиться на путь Света, приняв клятву прямо на Пороге Мироздания, он был вне себя от радости. Даже несмотря на то, что это может быть опасно, ведь путь к Порогу идет через Священный лес. Он не принадлежит никому, но граничит с Хамонским Магистратом. Конечно, вероятность кровавого столкновения с врагами в священном лесу или на Пороге, минимальна. И лес и Порог Мироздания священны и для имперских последователей Ордена Света и для хамонских последователей Храма Богов Апартиды. Но учитывая, что и на Пороге Мироздания случались трагедии, а сейчас идет война, он должен был предвидеть, насколько тяжело может дастся эта поездка женщине, пусть и познавшей путь Света.
Фердинанду не хотелось, чтобы Миранда страдала. Её милосердие, порой поражало даже его, по мере сил старающегося чтить заветы Книги Мироздания. Когда лекари принесли из Небельхафта скорбную весть о том, что принцесса не способна произвести наследника, Миранда едва не впала в истерику. Настолько ей было жаль принцессу, когда же сама Эрика написала письмо, в котором молила не тревожить её, дав дожить век в покое, они плакали с Королевой вместе. И когда Миранда предложила прибегнуть ко лжи, он понимал, едва ли эта ложь греховна. Ведь Книга Мироздания гласит не творить ложь, но также она взывает к милосердию. И если милосердие в разы превышает творимую ложь, грех ли это? Фердинанд не ведал, полагая, что узнает об этом уже после смерти, когда придет час ответить за все грехи.
И сейчас, это предложение, пообещать наследницу в жены. Отвратительная ложь. Но он возьмет на себя этот грех. Выхода нет, герцоги оказались предателями, но их уже рассудит Мироздание, как и его самого. А сейчас иначе прекратить не только эту войну, но и голод, невозможно. Маги не справляются с последствиями стихии. Тадеус, который сам радеет за благо Империи, просто предложил единственно верное решение, как раздобыть необходимые средства.
Значит, он пойдет на это. Потому что он клялся на Пороге Мироздания хранить Империю и заботиться о своих подданных. Мизбарию почти отобрали прислужники Проклятого. Люди голодают. Он клялся в Храме перед Алтарем, заботиться о своей супруге, которая уже извелась, глядя на этот кошмар. Бедняжка не может спать нормально, испытывает недомогания. Поэтому он солжет.
Миранда выйдя из Кабинета Императора, в сопровождении гвардейцев посетила свои покои, и спешно приведя себя в порядок, сразу же направилась к Тадеусу. Нужно обсудить с ним план, что и какому герцогу предлагать. Все должно быть продумано, а там уже пусть Верховный Маг сам втолкует этому идиоту, как вести себя с предателями. Пока же она испытывала не только радость от очередной ожидаемой победы, но и облегчение. Это представление перед мужем буквально вымотало её, корчить любящую супругу, это одно, для умной женщины это не так уж сложно, а вот играть роль святоши, сложнее.
На самом деле, Миранда оставалась верна таирскому культу Богов Стихий, которым впрочем, все равно не молилась, полагая, что те вряд ли озабочены жизнью в Миории. Она просто разделяла мнение, что всем сущим правят четыре бога, повелевающие огнем, землей, водой и воздухом. Ну а клятва на так называемом Пороге Мироздания не значила для нее ничего, кроме того, что это показалось ей необходимым для воплощения своего плана. Сделать сына наследником, и, заодно, спасти Империю.
