Выбрав могилу, Эрика принялась её раскапывать. Земля там была влажной, в этих местах она редко высыхала. Но все равно, секирой это делать было неудобно, хотя и куда лучше, чем рыть руками. Поначалу Эрика успела испробовать все возможные способы. Не раскопав даже половины метра, она почувствовала, что выбивается из сил. У неё уже все болело, и каждое движение давалось с трудом. В какой-то момент принцесса пожалела, что не приказала Виктору ей помочь. Вот, не хотела ему говорить, что продает душу, а теперь как? Уходить ни с чем — не хотелось, ведь придется все равно возвращаться. К тому же Эрика надеялась провести ритуал уже сегодня до рассвета. Принцесса опустилась на колени и решила попробовать рыть руками, но получалось ещё медленнее. Отчаяние охватило её вновь.
— Проклятый, помоги мне, для тебя ведь стараюсь, — с мольбой в голосе произнесла Эрика, но за этим ничего не последовало.
Принцесса встала, осмотрелась вокруг, глянула на вырытую небольшую яму. Отчаяние сменилось злостью на себя. Нужно успеть вырыть могилу, вернуться и до рассвета справить ритуал, и тогда больше не будет ни этой боли, ни этих страданий, все будет иначе. Эрика взяла секиру, выругалась и принялась копать дальше. Она копала, потом выгребала землю руками, и снова копала. И так не останавливаясь. В этот момент она думала о Лоране с Альдо, о тех насильниках, обо всех, кого она так ненавидела, и теперь для неё не существовало ни боли, ни усталости. Либо она будет копать, либо упадет без чувств, решила для себя наследница.
Неудивительно, что процесс пошел быстрее, и уже через час Эрика сидела в довольно глубокой яме, и, в который раз выбрасывая землю, наткнулась на кость. Набив котомку костями доверху, так, на всякий случай, она выползла наверх и опираясь на секиру, с трудом встала. Вокруг было темно и тихо. Ей хотелось упасть и не шевелиться, так все болело. Но слишком велико было желание поскорее приступить к ритуалу, поэтому, не дав себе отдохнуть, принцесса отправилась обратно.
В замок Эрика пробралась через тот же черный ход. В самом замке она никого не встретила. Принцесса была вся в грязи, это могло вызвать много лишних вопросов, и поэтому она старалась быть осторожнее. Впрочем, в такое время суток все обычно спали. Даже караульные стражники не отказывали себе в сне. За последние две сотни лет на Небельхафт никто не нападал. Все привыкли к мирной жизни и не слишком беспокоились о своей безопасности.
Оказавшись в комнате, Эрика сняла грязный мокрый плащ и хотела прилечь хотя бы на несколько минут. Но мельком взглянув в зеркало, принцесса испугалась. Все было испачкано, руки, лицо, одежда. Сначала ей стало противно, но отвращение быстро ушло на второй план, она подумала, что могла наследить в замке. Сбросив с себя грязную одежду, принцесса вытерла обувь, накинула халат, взяла первую подвернувшуюся под руку вещь из гардероба и кинулась вниз. Нужно затереть следы, ведущие наверх, а заодно пойти помыться. Негоже в таком виде совершать сделку с Проклятым, он может посчитать, что она не уважила его. Звать слуг, чтобы они сделали ей ванну, она не хотела. Вдруг что-то заподозрят? К тому же это долго. А ей нужно успеть до рассвета.
Принцесса по пути вниз наспех вытерла оставленные следы, которые, как она посчитала, могут заметить. Ей повезло, что в основном она шла теми коридорами, где мало кто прогуливался, там вытирать она не стала. Разобравшись со следами, она направилась на задний двор прямо к источнику, где обычно мылись слуги. Вода оказалась ледяной, но выбора не было. В итоге после водных процедур у принцессы не только все болело, но и начались судороги, она едва не упала. Но Эрика, уверенная в том, что испытывает все это в последний раз, терпела.
Наконец, она могла приступить к ритуалу. Наследница выбрала для этого чердак. Не зря же говорят, что там живут призраки. Да и не заходит туда никто. Идеальное место. Эрика собрала все необходимое, сложила в мешок, и отправилась наверх. Оттуда слышались жуткие вопли и скрипы. Принцессе в какой-то момент стало страшно, но тут же она одернула себя. А чего ей собственно бояться? Что бы там ни было, она сейчас же пойдет на чердак. Тем более она же собирается продать душу Проклятому, нечего ей бояться каких-то призраков.
Чердак был загроможден кучей хлама. При каждом шаге поднимались такие облака пыли, что становилось нечем дышать. У наследницы сложилось впечатление, там не бывали сотни лет. Завывание и стук слышались все отчетливее.
— Проклятые призраки, лучше бы уборку провели, чем выть посреди ночи, — вслух сыронизировала принцесса, и, пройдя через несколько открытых дверей, тут же увидела, как одна из них постоянно произвольно шевелится, издавая скрип.
— Вот ты где, — зловеще произнесла Эрика, но отозвалось только эхо, никто не показался. Тогда принцесса поставила мешок к стенке, решительно направилась к двери, толкнула её, и обнаружила там открытое дряхлое окно, ставни которого стучали друг о друга из-за ветра. А эхо усиливало звук, который было слышно этажами ниже.
— Ах вот в чём дело! Проклятое окно…
